Всё смешалось: День Достоевского-2015 рушит границы современной интерпретации классической литературы

05.07.2015 12:47 1814
Санкт-Петербург, 5 июля. С небывалым размахом Петербург празднует День Достоевского литературным карнавалом, экскурсиями по памятным местам, спектакля
600x338_1436089542_den-dostoevskogo_pole-utopiyСанкт-Петербург, 5 июля. С небывалым размахом Петербург празднует День Достоевского литературным карнавалом, экскурсиями по памятным местам, спектаклями под открытым небом и необычными тематическими перформансами, передает корреспондент НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ. Вот уже шестой год подряд в первые дни июля по центру Петербурга среди обычных прохожих гуляют герои из потустороннего, книжного мира. Огромные фигуры-марионетки русских писателей от «Кукольного формата», мрачный юноша с топором и окровавленными руками – всем известный Родион Раскольников, немое нечто в белоснежной тоге – демоническая сущность из сна Ипполита Терентьева, девушки в не по погоде плотных, длинных черных и белых платьях из позапрошлого столетия – и Настасьи Филипповны, и Сони Мармеладовы... На этот раз праздник вышел за музейные пределы и захватил главную улицу города – Невский проспект, который и стал средоточием во всех смыслах фантастического действа. В этом году торжества длятся больше двух дней, начиная с пятничного вечера и заканчивая воскресным. Днем в субботу корреспондент НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ отправляется на Малую Конюшенную, чтобы своими глазами увидеть, что придумал Петербург ко Дню Достоевского. Пространство пешеходной улицы раздирает музыка, она звучит со всех сторон. Перед памятником Гоголю под бодрый ритм, несущийся из колонок, франтоватый мужчина радостно объявляет в микрофон открытие выставки «Поцелуи России» фотографа Дмитрия Исхакова, а прибывающие зрители недоумевают: «Где же Достоевский?». Тревожно оглядываются, продираются сквозь старый английский рок, льющийся из магазина винтажных пластинок, и движутся к концу улицы, где под джазовые композиции репетирует знаменитый Инженерный театр АХЕ. Табличка «АХЕ. 15.30. «Пена Дней» сообщает, что до спектакля еще более полутора часов, однако уже сейчас жадно наблюдает и яростно аплодирует толпа, неистово щелкают фотоаппараты: актеры в современных, но небрежно состаренных одеждах выполняют что-то невероятное в кубе из дерева – то забираются на верхушку и поют, то падают навзничь, то носятся по сцене друг за другом. Казалось бы, уже забыто пластическое представление от «Бюро театральных расследований» со подчеркнуто-литературным названием «Поле русских утопий», но тут к вышке с музыкантами подходит девушка в свободной розовой рубахе и что-то говорит; репетиция затихает, а представление, оказывается, только начинается. Посреди улицы рядом с небрежно сложенными самодельными кубиками безмолвно застывает группа девушек и юношей в одинаковой балахонистой униформе: розовая рубашка, серые брюки, белые кеды, что отсылает то ли к юнифе Замятина, то ли к подобным же явлениям из русской утопической литературы. Сосредоточенные лица –артисты в ином измерении, а толпящихся зрителей и снующих фотографов для них не существует, только пространства – и их тела как инструменты для передачи замысла. За игрушечной формой белых картонных кубиков скрыто философское содержание: на их гранях – нанесенные черным маркером абстрактные понятия: «рай», «смерть», «утопия». Вопреки неуместной музыке, актеры начинают двигаться. Это похоже на детскую игру в «Море волнуется, раз!», только фигуры сменяются так быстро, что фотографы с трудом за ними поспевают. Зрители мнутся: «Что они делают? Что это значит?», и непонимание возрастает. Менеджер фотовыставки Дмитрия Исхакова в костюме с иголочки смотрит с брезгливым недоумением на лице: всё это представление явно помешало открытию. Маленькие дети вбегают в то пространство, где движутся актеры, а родители их не одергивают; зеленый шарик улетает, и пятилетняя девочка плачет. «Может быть, это уже конец?» –саркастически вопрошает голос в толпе, когда фигуры снова застывают. Участь прогрессивного искусства – остаться недопонятым массовым зрителем – постигает и «Поле утопий». Многие зрители уходят дальше по Невскому: впереди ещё много интересного, как и обещает программа. В субботний день на Невском привычно многолюдно, но сегодня у многих в руках не смартфоны, а цветная брошюра-гид по событиям Дня Достоевского или черно-белая газета с картой и анонсами. На постах по проспекту дежурят волонтеры: ловят зазевавшихся пешеходов и задорно рассказывают малоизвестные и занимательные факты из жизни Достоевского и его героев. От них узнаёшь, например, что на месте «Литературного кафе» была «несчастливая» кондитерская «Вольфа и Беранже», где Пушкин пил последний стакан лимонада перед дуэлью с Дантесом, а Достоевский впервые встретил Петрашевского. Недовольные портретисты, по традиции работающие на улице в людный день, когда туристы наводнили Северную столицу, просят отойти от их работ и не мешать бизнесу. Но «достоевсковеды» не теряются, перегораживая движение, и слушателей только прибывает на усиленные микрофоном голоса волонтеров. «А вот в том здании на Невском, 40, была любимая табачная лавка Федора Михайловича. Всем известно, он был заядлым курильщиком, по собственному рецепту смешивал два сорта табака и за полную размышлений ночь мог выкурить до пятидесяти трубок...». У «Буквоеда» на Невском, 46 – настоящее столпотворение. Около дверей докуривает «Мальборо» романтический герой в старом пальто и поношенной шляпе, потом поднимается и попадает в витрину. Внутри магазина длинная очередь: каждый хочет постоять рядом с Раскольниковым в исполнении актера Этюд-Театра Алексея Забегина, того самого одинокого курильщика, и поучаствовать в народных чтениях «Преступления и наказания». Справа от витрины – стенд с сувенирами на память: от 60 рублей можно купить приятную мелочь вроде юбилейной открытки или значка сегодняшнего праздника, захватить бесплатные программки, если у кого-то их еще нет. Под бурные овации мимо проезжает кортеж – ярко-красный автобус с персонажами Достоевского, которые с его крыши машут руками и свистят. Чуть дальше по улице по направлению к Владимирскому гуляет еще один Раскольников с угрожающим тесаком и приветливой улыбкой, а за ним – уличные музыканты с духовыми, балалайкой и скрипкой, которые исполняют народный фольклор. В это же время на Манежной площади тоже предаются тоске по народной классике: под аккомпанемент балалайки Онегины, Ленские и Татьяны Ларины, а на самом деле артисты театра «Открытое пространство», развлекают зрителей шутками-прибаутками. В ход идут и известные «хармсовские» литературные анекдоты о Пушкине и Гоголе из журнала «Пионер». «Гоголь переоделся Пушкиным, пришел к Пушкину и позвонил», – нагнетает интригу один актер. «Пушкин открыл ему и кричит: «Смотри, Арина Родионовна, я пришел!» – подхватывает другой, двойник поэта со смоляными кудрями. Зрители узнают шутки и посмеиваются. В 17 часов сцена на Манежной освобождается, чтобы стать площадкой для самого ожидаемого события – спектакля ФМД-Театра «В начале июля, в чрезвычайно жаркое время…», который проходит при музыкальном сопровождении любимой петербургской группы Billy’s Band. За час перерыва, во время которого меняют декорации и налаживают оборудование, Манежная заполняется от и до, и ровно в 18 вечера предусмотрительные зрители первых рядов уже наслаждаются видом, а остальные завидуют им на галерке. Солнце светит прямо в глаза, и несчастные без темных очков прикрывают глаза сложенными программками, пока, наконец, не выходит ведущий и не напоминает, что 2015 год, официально признанный Годом литературы в России, является юбилейным для романа «Преступление и наказание»: он был создан 150 лет назад. «Сегодня на вокзале мы ждем с минуты на минуту литературный экспресс», – говорит ведущий, и первым на сцене появляется... молодой Достоевский! В модных солнцезащитных очках, весело приплясывая, он садится рядом с ведущим, чтобы оценить своих же героев. Битва двух групп персонажей – традиционных конца XVIII века и авангардных в стилистике XXI века – и завершает День Достоевского, отвечая на один из его главных вопросов о возможности новой трактовки и границах современной интерпретации классической литературы. Ответ подразумевается положительный: однозначной границы нет, что и пытались доказать на протяжении всего дня актеры, волонтеры и сами зрители. Фото: Виктория Воюцкая / НЕВСКИЕ НОВОСТИ Читайте по теме: Масштабирование Дню Достоевского не помешает: по центру города прогуляются четырехметровый Федор Михайлович с Пушкиным, Гоголем и Чеховым
Новости партнеров: