Петербургский врач о Форуме ОНФ «За качественную и доступную медицину!»: Нам всем дали возможность быть услышанными

11.09.2015 17:17 936
- Какие у вас впечатления от организации форума в целом? - Самые положительные!
- Какие у вас впечатления от организации форума в целом? - Самые положительные! Организация на высшем уровне. Заранее меня спросили, буду ли я выступать. Узнали, нужна ли гостиница. Обеспечили доставку от отеля до «Экспоцентра». Дальше там на каждом шагу делались объявления, и ни один человек не чувствовал себя потерянным или растерянным. Началось всё с заседания, на котором в течение примерно 20-ти минут зачитывался доклад ОНФ «Народный взгляд на здравоохранение». Несмотря на то, что каждый человек приехал в Москву со своими проблемами – может быть, где-то маленькими, частными, местечковыми, – из этого доклада мы все уже составили общее представление о том, что делается в стране. И должен подчеркнуть: активисты ОНФ не раскритиковали всё, как думают многие. Мол, оптимизация – как первый блин комом, и всё. Нет, в докладе и положительные результаты отразили, и их много. Нельзя сказать, что у нас всё плохо в здравоохранении. Где-то что-то сократили, но результатов мы всё равно добились! Никто не может отрицать, что у нас переоснастились и больницы, и поликлиники. Была куплена новая техника, и за последние пять лет почти в 10 раз увеличилось число проведенных в России высокотехнологичных операций. В некоторых регионах существенно обновились кадры. Открылось большое количество перинатальных центров – с 2007 по 2012 год их было построено всего 24 во всей стране, а уже в конце 2014-го, по итогам оптимизации, стало уже более 100. Отрицать это всё невозможно. Но в то же время, какие-то проблемы есть, и они были обозначены. И поэтому форум получился очень острым и эмоциональным. - Кто вообще приехал на форум? По вашим наблюдениям, в зале было больше врачей или обычных людей? - Люди самые разные. Молодежь была, но преимущественно собрались все-таки люди средних лет. Среди них есть, конечно, врачи, как я, но в основном это просто активисты. То есть, это те люди, которые пришли выразить свою активную гражданскую позицию. Высказать ее, обозначить, донести до руководящих инстанций. Рядом со мной сидели пациенты, врачи, журналисты, волонтеры. Были активисты, выступающие за права пациентов. Пациенты тоже самые разные – молодые и старые, с легкой патологией и инвалиды, в том числе колясочники. Это разные люди, которых объединяет одно – активная социальная позиция и гражданская ответственность. Это люди, которые видят проблему – и не молчат, а обозначают ее и ищут пути совместного решения. - Собираясь в Москву, придумали ли вы свой вопрос, который хотели задать? - Да, он был связан с тем, что незадолго до форума ОНФ я узнал о планах продолжить оптимизацию противотуберкулезной службы. На форуме я хотел донести до всех, что оптимизация должна быть тщательно продумана. Она не должна делаться одномоментно. Оптимизация должна быть просчитана не только экономически, статистически; она должна быть спрогнозирована и направлена даже не на экономию, прежде всего, а на человека, самого главного в здравоохранении, – на пациента. Да, я допускаю, что реформа может принести экономическую выгоду, но также необходимо, чтобы она не ударила по нашим самым главным людям – пациентам, и по следующим нашим самым главным людям – докторам. Это те, на ком держится система здравоохранения. Ведь можно иметь сколько угодно оборудования, но если на нём некому работать, то оно бесполезно. Поэтому я бы спросил, нельзя ли ввести персональную ответственность лиц, которые предлагают и проводят реформу здравоохранения, на любом уровне. Поясню свою мысль. Положительные или отрицательные результаты реформы здравоохранения появляются не сразу. Результат отсрочен. Вот сейчас предлагают реформу – быстро ее проводят – получают некоторый эффект. Дают придумавшему человеку какую-то награду – за достигнутые результаты, за проведенную реформу, за новаторство. А дальше? Тот человек, который предложил, дальше пойдет или на повышение, или на пенсию, а настоящие результаты его нововведений появятся лишь через некоторое время, и они могут быть плачевными. Я предлагаю ввести ответственность за предложенные и выполненные решения. Тогда и будут задумываться. Тогда ни первый блин не будет комом, ни второй, ни третий. Потому что семь раз отмерят – один раз отрежут. Причем, эта ответственность должна быть на человеке независимо от того, перешел ли он на другую должность, вышел ли на пенсию. Предложил, сделал, внедрил – и ответь. Потому что деньги деньгами, а здравоохранение вообще-то еще жизнями человеческими оплачивает реформы. - Константин Владимирович, насколько я знаю, задать вопрос не получилось. Вы расстроились? - С вопросом не получилось, это правда, но я абсолютно не расстроился, потому что, увидев это всё своими глазами, я понял, что там есть очень много людей, у которых ситуация гораздо острее, чем у меня. Кроме того, нас всех всё равно услышали. Опять же, благодаря прекрасной организации работы. Об этом я еще скажу. - Скажите честно, неужели вам не хотелось выступить? Вы же наверняка везли с собой какие-то бумаги, цифры, выкладки по специфике своей работы. - Конечно, я кое-что подготовил. Мне бы хотелось рассказать про нашу службу, про то, что за последние несколько лет достигнуты хорошие результаты. Например, сразу в 2013 году мы сделали большой первый шаг: в Санкт-Петербурге – одном из немногих субъектов Российской Федерации – все фтизиатрические учреждения были приведены к санитарным правилам. То есть, выдержаны четко 8 кв. метров на человека, как положено в инфекционных учреждениях. Таким было первое наше предложение. В связи с этим, было сокращено некоторое количество коек. Но это и была как раз оптимизация, потому что мы улучшили условия пребывания пациента в стационаре, а доступность сохранилась, и качество фтизиатрической помощи не ухудшилось. Кроме того, в рамках оптимизации мы предлагали учесть тот момент, что ежегодно растет процент больных с сочетанием «туберкулез – ВИЧ», и открыть отделение для ВИЧ-инфицированных больных на базе городского противотуберкулезного диспансера. Отделение открыто. Следующим предложением у нас было оптимизировать обследование больных. Теперь на базе нашего городского противотуберкулезного диспансера открыто хорошо оснащенное бронхоскопическое отделение с самой современной техникой. Четвертый положительный момент – это разделение потоков пациентов. В каждом стационаре у нас отдельно друг от друга лечатся пациенты с формами BK+ и BK-. Также хотелось бы отметить, что наши учреждения в Петербурге были оснащены всеми современными фильтрами очистки, современными дезинфекционными станциями, машинами по дезинфекции отходов. В общем, мы свои предложения внедрили в жизнь. И это, на мой взгляд, принесло только плюсы, а значит, является истинной оптимизацией здравоохранения в целом и фтизиатрической службы в частности. Мы провели эту оптимизацию, не нанеся никому вреда и повысив качество. - Кстати говоря, представитель ОНФ в своем итоговом докладе касался темы туберкулеза? - Да, он сказал, что в некоторых регионах России повысилась смертность от туберкулеза. А в Петербурге всё наоборот, и об этом я тоже мог бы сказать. В нашем городе перевыполнены все показатели «дорожной карты», установленные правительством Санкт-Петербурга и правительством Российской Федерации. Показатель смертности от туберкулеза в России – 10,1 на 100 тысяч населения, а в Петербурге по итогам 2014 года он составил 5,3. Такие данные приводит Минздрав. Причем, это показатель так называемой территориальной смертности, куда входят лица БОМЖ, мигранты, заключенные, а также временно проживающие на территории города. А показатель смертности среди постоянного населения Петербурга еще меньше и составляет 2,5 на 100 тысяч населения. На самом деле, эти показатели могли бы быть еще меньше, если бы сегодня мы актуализировали распоряжение, изданное Владимиром Путиным в далеком 1995 году, когда он еще занимал пост первого заместителя мэра Санкт-Петербурга. Вообще, я хочу сказать, не льстя президенту: настолько толковый документ он сделал, что дальше некуда! Там учтены все моменты. А особенно то, что фтизиатрам оказывается поддержка всеми органами власти, вплоть до того, что обследуются очаги, подозрительные с точки зрения возникновения туберкулеза – рынки, стройки, общежития. То есть, уже в то время, когда начался строительный бум, власти должны были обеспечить обследование всех мигрантов. Также в этом приказе были предусмотрены порайонные планы борьбы с туберкулезом, то есть с учетом инфраструктуры, населения, строек района. В этом документе вообще очень много положительных аспектов. - Вы привезли копию распоряжения с собой в Москву? - Безусловно. Если бы представилась возможность, то я бы о нем напомнил. И не только напомнил, но и передал бы его в президиум – пусть бы посмотрели, какая была поддержка борьбы с туберкулезом даже в тот сложный для страны период. Насколько правильно и чётко этот документ обозначал те проблемы, которые существовали. Вот так же и нам надо сейчас провести оптимизацию, обозначить проблемы и решить именно их, а не всё сразу. Надо пройтись по конкретным проблемам. - Вернемся к форуму ОНФ. Что происходило после вводного доклада с итогами оптимизации? - Был небольшой перерыв, чтобы мы могли это всё обдумать, а дальше всех участников разделили на пять секций, и каждый шел обсуждать свои вопросы. Я работал в секции «Доступность и качество медицинской помощи: итоги оптимизации». Была еще секция экономическая, фармацевтическая, секция по подготовке новых кадров для здравоохранения и секция по детству. Поток, в котором был я, оказался самым большим, туда пошли примерно 200-250 человек. И там было действительно острое обсуждение: очень много было горячих выступлений, много претензий было высказано на эмоциях. Мы в своей секции даже обеденный перерыв сократили на полчаса, потому что у нас была дискуссия! Никак не могли закончить наше горячее обсуждение. У всех накопилась масса вопросов, идей и мнений, и люди хотели ими поделиться. - Скажите, какие вопросы вам запомнились больше всего? - Спрашивали очень много по ФАПам, по оказанию медицинской помощи на селе. ФАП – это фельдшерский акушерский пункт. Там действительно существуют проблемы, и я так понял, что, в общем, после оптимизации здравоохранение достигло успехов, но были и неудачные проекты. Если глобально, то обсуждались лекарственное обеспечение, доступность медицинской помощи и платные услуги. - Платные услуги – одна из тех тем, которые сегодня у всех на слуху. Оптимизация системы здравоохранения привела к общему снижению качества оказываемой медицинской помощи. Получить бесплатные медицинские услуги тоже стало сложнее, в поликлиниках и больницах скапливаются очереди. Люди вынуждены обращаться в платные клиники. А кто-то, не дожидаясь очередей, сразу идет в негосударственное медицинское учреждение. Речь шла об этом? - Да, обо всём этом. Выступающие просили донести до населения в доступной форме, на что они имеют право по гарантиям, а в каких случаях они уже должны идти за получением платной медицинской помощи. - То есть, на форуме осуждался вопрос улучшения информированности населения? - Да, нашему народу нужно объяснить, что платно, то бесплатно. Для того чтобы это понять, нужно задействовать очень серьезную программу госгарантий. Нужно ее поднять и посмотреть, что там вообще написано – что бесплатно, что платно. Люди (пациенты) не понимают этого, а в некоторых случаях не понимают и доктора. Нужно всё изложить в доступной форме, чтобы люди четко знали, что им положено, что не положено. - Какие еще моменты работы дискуссионной площадки отложились в памяти? - Запомнилось выступление представителя Лиги защиты прав пациентов. Его мысли во многом совпали с моими собственными. Ранее вносились предложения передать оценку работы медицинских учреждений полностью пациентам. И выступающий сказал, что не всегда это правильно. Человек приходит больной, приходит не в том настроении. Поэтому результаты оценки не всегда будут объективными. Должны проводиться несколько независимых линий оценки медицинского учреждения. И еще приятный для меня момент был. Одной из групп было выдвинуто предложение ввести ответственность граждан за своё здоровье. Потому что врачи врачами, а если граждане относятся к своему здоровью плохо, то что же делать? Чего стоят одни только ложные вызовы. Участковый врач идет к больному на дом – а ему то дверь не открывают, и время тратится впустую, то пьяный нападает на него, и так далее. Это же всё затрудняет работу врача. Почему у нас говорят «пациент всегда прав»? Должно быть равновесие. В Финляндии в некоторых учреждениях пациентов вообще штрафом облагают: если ты не пришел ко врачу, хотя был записан, то плати, ведь специалист в этот момент мог принять кого-то другого. - Были ли на обсуждении известные люди, в том числе представители системы здравоохранения? - Министр здравоохранения Вероника Скворцова пришла как раз на нашу секцию вместе со своими заместителями. Она сидела в качестве слушателя вместе со всеми. Внимательно слушала, потом выступила с ответным словом. Ее послушали, была очень горячая дискуссия. Те, кто хотел, – потом подошли к ней в перерыве и в личной беседе обозначили свои проблемы. Я хочу сказать, что министр очень достойно себя показала на форуме ОНФ. Очень достойно. Заглянул к нам и Леонид Рошаль. Когда мы горячо и бурно всё это обсуждали, он пришел и говорит: давайте мы будем все-таки друг друга слушать, потому что не всё у нас так плохо; все-таки есть и положительные моменты, и многое было сделано. И самое главное, что мне понравилось как врачу, – он сказал: давайте поблагодарим тысячи врачей, которые сейчас работают, за их труд! И это было здорово. Рошаль сказал: несмотря на то, что вы вот сейчас высказываете кучу негатива про оптимизацию здравоохранения, но при этом у нас миллионы пациентов лежат, миллионы получают помощь, десятки тысяч врачей трудятся, и это замечательно, и скажем спасибо врачам за их тяжелый труд. - Вы обратили внимание, люди конспектировали на форуме? - Конспектировали все. И со стороны ОНФ, и, конечно, со стороны органов власти. Все всё слушали, всё записывали. Каждый человек, собираясь на форум, всё равно репетировал свой вопрос, проговаривал своё выступление. Но потом, когда это всё пошло, захлестнули эмоции. Там не было ни регламента, кто за кем говорит, ни установленного лимита времени выступления. Кто тянул руку и хотел вступить в дискуссию, тот и получал слово. Да, эмоции присутствовали, но разделения на два лагеря не было. Это была общая беседа людей, которые хотят изменить ситуацию, сделать жизнь в России и нашу систему здравоохранения лучше. - Что происходило потом? Как я понимаю, от горячей дискуссии вы перешли к выработке практических рекомендаций? - Да, в нашей группе мы разделились еще на подгруппы, каждая из которых вырабатывала наиболее значимые предложения, которые потом общим списком должны были направить президенту. В этих подгруппах и Вероника Игоревна была, и ее заместители. Они сели в разные подгруппы и тоже приняли участие в обсуждении. Всего было, кажется, 12 подгрупп, примерно по 12-15 человек в каждой. И затем каждая подгруппа подготовила по два предложения. - Здесь тоже каждый бился за свое предложение? - Нет. Мы очень культурно всё сделали. В арсенале было всего полчаса, иначе мы бы обсуждали это всё до бесконечности. Всем раздали по листу бумаги. Каждый человек записал свое предложение и к нему два слова обоснования. Затем посмотрели, есть ли за нашим столом совпадения. Вот, например, моя мысль о введении ответственности за реформы совпала с идеей женщины с Дальнего Востока. Она активист ОНФ, не доктор. Так же, как и я, она предложила ввести ответственность руководителей всех уровней – за медицину на своем этапе: муниципальном, районном, городском, региональном и федеральном. Еще двое высказались за решение кадрового вопроса как основополагающего при оптимизации. Мы стали обсуждать предложение о необходимости выработки ряда мер по удержанию кадров в государственных медицинских учреждениях. Потому что, к примеру, в Петербурге четыре государственных медицинских вуза, а при этом выпускников, идущих работать в госучреждения, не так много. Во фтизиатрию, например, очень мало. Один ординатор и один интерн пришли к нам в этом году. Хотя мы были готовы взять больше людей. Заработная плата, престиж – всё это влияет на то, что сегодня наблюдается отток кадров из государственных учреждений в частные. Так мы за нашим столом сосредоточились на двух темах – ответственность и кадры. Все предложения мы подали в штаб ОНФ, активистам которого предстояло их обработать, оформить в резолюцию и передать в министерство здравоохранения и президенту Владимиру Путину. - Получается, что возможность высказаться дали лишь тем, чьи предложения были выбраны за каждым столом как основные? - Нет, на самом деле, услышали всех. Каждый участник форума написал свое предложение и тоже отдал активистам ОНФ. Они, со своей стороны, пообещали, что всё обработают и ответят каждому человеку. То есть, все мы смогли высказаться в той или иной форме, устно или письменно. - Получается, что организаторы весь итог поделили на две части – срочную и несрочную? Одна – «это надо делать прямо сейчас» и вторая – «фронт работ на будущее». - Да. И это просто прекрасно – сообщить всем нам, что каждое предложение будет рассмотрено. Понимаете, у людей появляется самое главное – надежда, что ты будешь услышан! - Константин Владимирович, вы наладили какие-то контакты в своей группе, завели полезные профессиональные и социальные знакомства? - На форуме я познакомился с активистами из Крыма. Рассказал им, что у меня на сайте петербургского городского противотуберкулезного диспансера уже висит информация про санатории на полуострове, что я активно заманиваю туда больных. Мы сразу же обменялись контактами для дальнейшей работы. Они со своей стороны мои контакты передадут своим санаториям и противотуберкулезным службам. Это очень здорово. - Во второй день на форуме проходила выставка новых достижений в сфере здравоохранения. Там вы почерпнули что-то полезное для себя? - Да. Отмечу несколько моментов. Мне понравилось, что презентованы были именно российские достижения, то есть, соблюдается принцип импортозамещения. На выставке я ознакомился с новым устройством, которое называется «газоанализатор». Он анализирует выдыхаемый воздух, когда человек первый раз приходит на прием. На основании выдыхаемого воздуха строится кривая, которая показывает, какая у пациента ситуация: всё-таки это ближе к туберкулезу, или это онкология, или астма, или пневмония. Данный прибор – скрининговый, он помогает получать точную оценку, в то время как в настоящий момент она производится врачом на глаз, на основании рентгеновских снимков и анализов. Также там был представлен аппарат, предлагающий иммунофлуоресцентную методику для определения наличия гепатита и ВИЧ-инфекции. Пятнадцать минут – и аппарат определяет по крови, есть у человека эта инфекция или нет. В настоящее время анализ готовится сутки. Данный аппарат помогает при экстренных ситуациях, когда человек поступает на срочную операцию. И потом, речь ведь идет еще и о здоровье врача тоже, правда? Больше или меньше нужно соблюдать во время этой операции осторожность. Кроме того, я набрал много проспектов по информатизации, а еще обменялся контактами с волонтерским движением. И очень этому рад! Хочу теперь наладить контакты с волонтерами. - Волонтерское движение может помочь в борьбе с туберкулезом? Несмотря на то, что это инфекционное заболевание? - Есть форма лечения – стационар на дому. Больной с незаразной формой туберкулеза сидит дома и получает препараты, чтобы не выпасть из социальной среды. Всё-таки дом – это дом. Волонтер может прийти и принести таблетки, проверить самочувствие пациента, взять анализы, выполнить какую-то несложную процедуру, сделать внутримышечную инъекцию. Во фтизиатрической службе не хватает персонала, а волонтеру можно доверить небольшой раздел профилактической работы. Кроме того, можно приготовить большое количество волонтеров, которые пойдут в школы, в детские сады и расскажут людям вообще о том, что такое туберкулез. Плюс в том, что люди будут подбираться по возрасту, чтобы они могли общаться на своем языке со своим же поколением. Сейчас мы проводим «месячник борьбы с туберкулезом». С помощью волонтеров можно проводить эту борьбу весь год! Вообще, количество активных больных туберкулезом после этого должна увеличиться, так как вырастет сама выявляемость. Но при этом люди будут поступать с малыми формами, появится возможность ухватить болезнь на ранней стадии. Зато потом упадет количество инфицированных детей и подростков, число активных больных туберкулезом. Это даст хорошие результаты. Вот когда мы это сделаем, тогда будем планировать следующий этап оптимизации фтизиатрической службы. - Во второй день работы форума в «Экспоцентр» приехал Владимир Путин. Расскажите, пожалуйста, как прошла встреча с президентом? - После выставки мы пришли в зал и сели на свободные места. Зашел Владимир Путин, поздоровался, обратился к нам с приветственным словом и открыл пленарное заседание. Знаете, когда я раньше смотрел подобные мероприятия по телевизору, мне всегда казалось, что всё подготовлено, отрежиссировано и отрепетировано. Я думал, что перед встречей с президентом все будут с бумажками учить свои вопросы. Что нас засунут куда-нибудь далеко на балкон, а внизу будут сидеть специальные люди, которые будут задавать правильные вопросы, и их заранее так настрожат, что они будут вставать и говорить, как пионеры. И тут я понял, что всё это совершенно не так. В зале работали ведущие – активисты ОНФ, они помогают дирижировать ситуацией. Вставали люди и задавали свои вопросы: кто-то – громко и чётко, кто-то – робея, запинаясь и заикаясь. Как получится. - Президент записывал? - Да, он делал пометки и тут же давал какие-то поручения. Хочу сказать, он настолько хорошо отвечал, что это было очень приятно! Я думал, что он будет листать блокнот и давать заготовленные фразы, но он отвечал из головы, и было видно, что он просто очень хорошо ориентируется в теме. Вопросы были из той же серии, что и накануне: доступность среды, лекарственного обеспечения. Еще хочу отметить, что Путин умеет разряжать обстановку. В зале присутствовала вице-премьер правительства России Ольга Голодец. В какой-то момент он к ней обратился: «Ольга Юрьевна, а вот вы где лечитесь?» Она ответила. Еще присутствовал министр финансов Антон Силуанов. Вместе со всеми сидел в зале, слушал дискуссию. Вопрос зашел о том, почему наши чиновники лечатся за границей. Мол, у нас плохо и так далее. В этот момент все в зале были напряжены. Президент сказал: «Лечить российских чиновников за рубежом – это всё равно, что держать наши деньги за границей». И тут же обратился к Силуанову: «Антон Германович, а вы где свои деньги держите?» Тот ответил, что, конечно, в России, и таким образом сразу же разрядилась обстановка. В конце президент сказал: спасибо вам за работу, ваши предложения будут учтены, услышаны, обработаны и переданы в Государственную Думу и Министерство здравоохранения для дальнейшего внедрения. - Константин Владимирович, спустя два дня после проведения форума ОНФ, на сайте http://onf.ru/ был опубликован в открытом доступе Проект резолюции, составленный на основе обобщенных предложений участников всех дискуссионных площадок. Ваше предложение по итогу туда вошло? - Можно сказать, да. Как я понимаю, после завершения форума активисты разбирали все предложения, объединяли их по темам, вычленяли общее и отсекали лишнее. Моя мысль попала в проект резолюции от другой площадки – «Экономика и управление системой охраны здоровья: устойчивость и развитие». Но для меня сути дела это не меняет и говорит лишь о том, что я не один размышляю на эту тему, что нас всех действительно услышали и сообща мы добились того, что наше предложение попало в бумагу для президента и Минздрава. Вот как оно сформулировано: предлагается «необходимо увеличить прозрачность и открытость при разработке и исполнении госпрограмм, а также повысить ответственность чиновников за принимаемые решения». Кроме того, в проект резолюции вошли рекомендации и по другим вопросам, в обсуждении которых я тоже принимал активное участие. Например, в итоговом документе по нашей секции («Доступность и качество медицинской помощи: итоги оптимизации») есть такое предложение: «разработать комплекс мер и рекомендаций, направленных на повышении культуры общения врача и пациента, обратив особое внимание на соблюдение пациентами врачебных рекомендаций; ввести в законодательство понятие «ответственность пациента». Это тоже мысли, которые давно крутятся у меня в голове, и я очень рад, что вместе с другими членами ОНФ мы смогли отправить их дальше, в работу уже на государственном уровне.
Новости партнеров: