Николай Цискаридзе: Я не пожелал бы себе выпускаться сегодня из Академии!

28.09.2015 08:38 471
- Как вы говорите с родителями, когда они спрашивают о перспективах для своих
- Как вы говорите с родителями, когда они спрашивают о перспективах для своих детей? - Первое, что я пытаюсь объяснить: карьеру не делают в школе. В школе учатся, а карьеру делают в театре. Наши младшие учащиеся регулярно участвуют в спектаклях Мариинского театра. Второе, что я пытаюсь объяснить, – это то, что на выступления в спектаклях Мариинского театра – а это от 18 до 26 спектаклей в месяц – дети подбираются исключительно по росту. И если ребенок не занят в младших классах в спектаклях, это значит только лишь, что он не подходит по росту. Но даже если ребенок задействован, не надо строить прогнозы, что это будет большая звезда. К сожалению, это не всегда так. - Говорят, ученики перенимают черты своих педагогов. Как думаете, у вас они что-нибудь перенимают? - Я к этому не стремлюсь, но если бы они у меня перенимали организованность и дисциплинированность, я был бы счастлив. - Николай Максимович, какие дети к вам сегодня приходят, что за поколение? - Это дети, «погубленные» Гуглом, Википедией и гаджетами. Когда я опрашиваю их по литературе, они пытаются все прочитать в Википедии, поэтому мне приходится задавать им такие вопросы, ответы на которые не написаны в интернете, чтобы точно проверить, прочитали ли они. Болеют слишком много. В последнее время очень хилое поколение, особенно ленинградцы. Дети приходят с такими болезнями, которые несовместимы с образованием. - Вы мечтаете выпустить из Академии звезду классического балета? - Вырастить талант невозможно, это только удача и везение,если гениальный ребенок войдет в эти стены. Как Агриппине Вагановой однажды просто повезло, что вошла такая девочка, Марина Семенова, а этой девочке безумно повезло, что Ваганова здесь преподавала. Это просто сочетание. Более того, эти две великие женщины дружили всю свою жизнь: это был союз педагога и ученика, это были очень близкие друг другу люди. Мы в репетиционном зале проводим всю свою жизнь, мы с педагогами роднимся, поэтому мы их часто называем «мама» и «папа». - У вас есть такие родные люди из учеников? - Из тех, с кем я работаю в театре, – да. В школе я детям тоже очень много времени уделяю, но их здесь слишком много. В театре, конечно, это мои близкие люди. Моя ученица Анжелина Воронцова танцует в Михайловском театре, и она для меня очень близкий человек. Я знаю, что если у нее премьера или какое-то важное событие, то для нее очень значимо мое мнение. Это очень ценно, потому что помимо того, что я ей преподавал, она для меня родной человек, и это важно. - Как себя чувствует балет в современном Петербурге с новыми фестивалями, танцевальными направлениями, новыми формами искусства? - Балет для людей всегда был символом России и им останется, а для Петербурга это самое главное искусство. Я не знаю ни одного человека, который не хотел бы, приехав в Петербург, попасть в Эрмитаж и Мариинский театр. Это символы города. Обывателю балет никогда не будет понятен. Ведь может быть так: либо вам нравится красота, либо она вам не нравится. Кто-то любит современные здания, кто-то – классические. Это такой анахронизм, балет и опера – самые искусственные виды жизнедеятельности человека, потому что там всё немного не так, как в жизни. Но это искусство, это форма выражения чувств, сюжета, чего хотите. - Можно ли подготовиться к балету? Как максимально полно насладиться им, оценить его? - Хотелось бы, чтобы зритель иногда прочитал либретто, чтобы ему было понятно, к чему готовиться для просмотра. Вот это важно.
Новости партнеров: