Дело экс-директора Военно-морского музея Лялина: наговор дороже денег

26.12.2014 12:22 936
Санкт-Петербург, 26 декабря. Суд допросил ключевого свидетеля по делу в отношении экс-директора Военно-морского музея Лялина – бывшего офицера по рабо
lyalin_newСанкт-Петербург, 26 декабря. Суд допросил ключевого свидетеля по делу в отношении экс-директора Военно-морского музея Лялина – бывшего офицера по работе с личным составом Минобороны РФ Сергея Масютенко, который откровенно заявил, что подсудимый оговорил его, сказав что якобы давал ему взятку. Сам бывший директор музея допрашивал представителя министерства самостоятельно и с пристрастием, так как его адвокат пропал. Заседание по делу бывшего директора Военно-морского музея началось с опозданием. Оказалось, что участники процесса потеряли адвоката Андрея Лялина Александра Афанасьева. Так что рассмотрение дела в итоге началось без него. «Поздравляю всех с наступающим», – радостно сказал Лялин, как только его конвоировали в зал суда. После чего обвиняемый обратился к судье Юрию Гершевскому и заявил, что понятия не имеет, где может находиться его адвокат. Более того, последние несколько дней он пытался с ним связаться, но у него это не получилось. «Суду также не известно причины, по которым отсутствует Афанасьев, но что самое удивительное, он даже не предупредил о своей неявке», – отметил Гершевский, представив при этом Лялину Владимира Мельникова – адвоката по соглашению. Однако подсудимый и не думал соглашаться на подобную рокировку. «Я с большим уважением отношусь к Мельникову, но он не в курсе дела, а учитывая предстоящий допрос очень важных свидетелей, отсутствие моего защитника может серьезно повлиять на ход дела», – заявил Лялин. Сам Мельников выразил полную солидарность с подсудимым, иначе, подчеркнул он, будет нарушено право на защиту, так как обвиняемый должен работать с тем защитником, которому доверяет. Зато второй фигурант дела, директор компании «НЕВИСС-Комплекс» Александр Швирикасов сильно настаивал на «продолжении банкета». «Я считаю, что приехали очень уважаемые люди, два из которых – адмиралы. Их не надо задерживать и следует допросить», – отметил он. В свою очередь гособвинитель заявил, что Афанасьев уж как-то часто последнее время отсутствует, не в меру пользуясь своим должностным положением. Подумав пару минут, углубившись в томик Уголовно-процессуального кодекса, Гершевский постановил продолжить судебное заседание. «Сколько времени нужно адвокату Мельникову для ознакомления с материалами дела?» – поинтересовался судья. «Неделя», – честно ответил защитник по соглашению. Удивленный таким ответом, судья объявил перерыв для вынесения решения. Спустя 15 минут заседание решено было продолжить, несмотря на отсутствие Афанасьева. На трибуну вышел ключевой свидетель обвинения – бывший офицер по работе с личным составом Минобороны РФ Сергей Масютенко, который в рамках переезда музея отвечал за конкурсную комиссию. Более того, ранее Лялин заявлял, что именно по требованию Масютенко он получил взятку в размере 16 млн рублей, а не 56, как говорил правоохранителям Швирикасов, 15 млн из которых бывший директор ЦВММ отдал в руки конкретно этому чиновнику Минобороны РФ, а оставшийся миллион направил на частичную реализацию госконтракта. По словам Масютенко, о процессе переезда он узнавал лично от Лялина, с которым они созванивались несколько раз в неделю. Отчетные документы (счет на оплату, акты выполнения работ), заявил представитель министерства, привозил ему также Лялин или его помощник. «У нас не было оснований не доверять директору музея. На актах выполненных работ стояла его подпись», – подчеркнул Масютенко. Далее гособвинитель поинтересовался, откуда лично ему стало известно о следственных действиях в отношении Лялина. На это чиновник ответил, что из интернета. «Ой, ну в интернете знаете, чего можно начитаться? А не из интернета узнавали?» – спросил судья. «Нет», – ответил Масютенко. Вместе с тем свидетель обвинения, как и все допрошенные до него свидетели, заявил, что контроль за переездом осуществлялся Лялиным. Отметим, защита подсудимого настаивает на том, что обвиняемый не являлся исполнителем, то есть не должен нести ответственность в том объеме, в котором ему это вменяют. Также Масютенко отметил, что вина за невыполнение госконтракта полностью лежит на плечах Лялина, который не смог осуществить должным образом контроль за его реализацией. После этого допрашивать свидетеля начал сам бывший директор Военно-морского музея. «Конкретно вы передавали документы по госзаказу сотрудникам музея, чтоб они могли сориентироваться в том, что вы просили выполнить», – поинтересовался подсудимый. «Но в рамках обыска у вас они же были обнаружены…» – неуверенно начал говорить Масютенко. «Я вас спрашиваю, передавались ли они вами и должным образом?» – повысил голос Лялин. «Да», – ответил свидетель. Далее подсудимый задал порядка шести вопросов, цель которых сводилась к тому, чтобы судья Гершевский услышал, что документа, в котором говорится об ответственности Лялина за осуществление контракта, нет в природе. «Практика выполнения госконтрактов не предполагает издания специального указа. Госконтракт выполнялся в интересах музея, поэтому дополнительных директив не было. По тексту госконтракта я не могу вам сказать, но на вас эта деятельность возложена уставом. Во время моего первого посещения музея в марте 2011 года этот вопрос вставал. Протоколом был определен порядок, а на директора музея была возложена обязанность согласования проектов. После моей командировки был сделан доклад начальнику Главка с уточнением порядка приема контракта», – в результате ответил Масютенко. После чего Лялин спросил у свидетеля, обсуждали ли они информацию о том, что начальство Главка не делегировало главе музея право подписи акта о принятии работы. Больше того, подсудимый отметил, что сначала министерство принимает документы от исполнителя, то есть от компании «НЕВИСС-Комплекс», утверждает их и только после этого «спускает» руководству музея. «Порядок определялся директивами, какими именно, не могу сказать. Моя задача – сопровождение документов в департамент финансового обеспечения для проверки», – подчеркнул чиновник. «Хорошо, на одном из последних заседаний, которое проходило в Петербурге под вашим руководством, вы поставили следующую задачу, цитирую: «Какая там еще приемка? Быстро перевезти музей в новое здание и освободить здание Биржи, иначе головы полетят». Подтверждаете ли вы эти свои слова?» – продолжил Лялин, на что свидетель покачал головой и тихо сказал, что не подтверждает. В свою очередь, адвокат Швирикасова Лариса Долженко спросила, сильно ли повлияло несвоевременное открытие музея на его дальнейшую работу и вообще на работу профильного ведомства. «Повлияло самым прямым образом! Это создало отрицательный имидж для всех военно-вооруженных сил в целом. Зато, когда его открывали, у ветеранов слезы на глазах были. На сегодня, говорю как начальник военно-музейной работы, мы добились того, что музей является одним из лучших музеев в мире и вызывает очень живой интерес», - кажется, немного обиженно ответил Масютенко. «Так это все благодаря Лялину?» – с улыбкой спросил судья Юрий Гершевский. «Это все благодаря тому, что работы по переезду наконец подошли к концу», – еще более обиженным голосом ответил чиновник. В это время в зале друзья подсудимого не сдержались от комментариев и заявили, что за такое Лялина не судить надо, а медаль выдать. «А у него уже есть», – серьезно заявила дочь обвиняемого. Лялин, улыбнувшись, поблагодарил Масютенко за столь лестный отзыв о работе ЦВММ, а после этого обрушил на свидетеля еще одну порцию вопросов, направленных на этот раз на то, чтобы чиновник тем или иным образом дал понять участникам процесса, что за год невозможно было перевезти весь музей вместе с 700 тыс. экспонатов. Но ставка не сыграла, поскольку Масютенко заявил, что сроки госконтракта были вполне реальными. Тогда подсудимый решил пойти обходными путями. «Поскольку вы уделяли большое внимание музеям, скажите, на ваш взгляд, сколько переезжал Музей религии и атеизма?» – спросил подсудимый. «Вопрос снят, – оборвал его Гершевский, но потом продолжил, – а что, Музей атеизма – тоже военный музей?». «Нет, просто он, например, семь лет переезжал, а коллекция там – 200 тыс. экспонатов», – улыбнулся Лялин. «А там директор сидит?» – тоже с улыбкой уточнил судья, но данный вопрос остался без ответа. Далее в связи с тем, что отвечая на вопрос о получении денег Лялиным свидетель сослался на интернет, хотя указанный вопрос выяснялся в ходе предварительного следствия, а в показаниях Масютенко содержится противоречия, гособвинение ходатайствовало об оглашении показаний чиновника, которые он давал ранее. «Я понял! Подтверждаю эти показания. Я задал замначальнику Военно-морского музея Уткину вопрос, мол, а как же вы это все проморгали. Он сказал: «Я здесь не при чем. За все отвечал директор, он получал от Швирикасова деньги. Разговор этот был в 2012, ой, отставить, то есть в 2013 году», – быстро исправился Масютенко, избавив участников процесса от длительного оглашения своих показаний. Гершевский, выслушав все это, решил задать чиновнику прямой вопрос и спросил, предлагал ли он Лялину брать у Швирикасова взятку. На что Масютенко ответил отрицательно. «И вам взятку тоже не давали?» – уточнил судья. «Нет», – ответил свидетель. Напоследок гособвинитель попросил Масютенко пояснить, почему Лялин заявлял ранее, что взятку у директора «НЕВИСС-Комплекс» он брал по инициативе чиновника и большую ее часть отдал Масютенко. «Могу сказать свое личное мнение. Я считаю, что Лялин пытался меня оговорить. Наверное, в связи с тем, что больше всего общался с ним я», – заявил свидетель, смотря при этом не на прокурора, а в глаза Лялину. Следующее заседание по делу в отношении директора Военно-морского музея, который обвиняется в превышении должностных полномочий и в получении взятки, состоится уже в следующем году 22 января. Напомним, по версии следствия, уже бывший директор Военно-морского музея Андрей Лялин превысил полномочия и заставил директора компании «НЕВИСС-Комплекс» Александра Швиркасова дать ему взятку в размере 56 млн рублей за служебный подлог (10% от выделенных Минобороны 98 млн рублей на госзаказ). Уговор между двумя фигурантами уголовного дела проходил в рамках переезда Военно-морского музея из здания Биржи на площадь Труда. За взятку Лялин обещал директору компании представлять в Министерство обороны РФ документы, по которым переезд якобы проходит в плановом режиме и без нарушений. Текст: Александра Будер Фото: Алена Трофимова / НЕВСКИЕ НОВОСТИ Читайте по теме: Суд допросил ключевого свидетеля по делу экс-главы Военно-морского музея Лялина Заседание по делу экс-директора Военно-Морского музея Лялина началось с пропажи его адвоката
Новости партнеров: