СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА/Интервью с директором организации помощи бездомным «Ночлежка» ГРИГОРИЕМ СВЕРДЛИНЫМ

15.12.2013 19:53 265
МОЙ АДРЕС НЕ ДОМ И НЕ УЛИЦА Петербург, как известно, – город возможностей.

МОЙ АДРЕС НЕ ДОМ И НЕ УЛИЦА

Петербург, как известно, – город возможностей. Любых, в том числе и совсем не заманчивых. Например, возможностей остаться без жилья и оказаться на улице. Причины могут быть самые разные, от мошенничества до личных обстоятельств. Что делать такому человеку? У кого спросить совета, куда пойти за помощью?

В «Ночлежку». Это небольшое узкое здание на Боровой улице, 112Б, где работают люди, как сказал бы Чехов, с человеческим талантом – талантом к неравнодушию. Здесь бездомные получают необходимую помощь – медицинскую, социальную, юридическую, и просто хорошее отношение к себе. В этом же здании находится приют, самый большой в городе:12 женских мест и 52 мужских, – в котором можно переждать, пока восстановят утерянные документы или переведут в профильное место. Помимо стационарной, есть и мобильная помощь. Пять дней в неделю в отдаленные районы города выезжает «Ночной автобус» с горячей едой, чистой одеждой и медикаментами для первой помощи. В зимнее время работают пункты обогрева – большие натопленные палатки, в которых люди могут переночевать в холод. В этом году в придачу к пункту на Расстанной, 20/80 (ранее мы уже писали об этом), открылся еще один, на Васильевском острове (см. здесь). Директор «Ночлежки» Григорий Свердлин нашел время пообщаться с «НЕВСКИМИ НОВОСТЯМИ» и рассказать о работе организации.

- В первую очередь, хотелось бы поздравить вас с открытием второго пункта обогрева. Если я не ошибаюсь, он рассчитан на 60 человек?

- Спасибо за поздравления. Вообще, пункт рассчитан на 50 человек. 60 – это если на улице мороз минус 20, тогда мы жертвуем комфортом, чтобы впустить как можно больше людей. Внутри стоит большая тепловая пушка, которая работает на солярке и держит приблизительно комнатную температуру.

- На сайте «Ночлежки» сказано, что пункты обогрева – это точка входа в проект. А как именно происходит этот вход? Люди подходят к вам сами? Или, наоборот, это вы подходите к ним и пытаетесь побеседовать, что-то объяснить?

- Они приходят сами. Или к пункту обогрева, или к «Ночному автобусу», или сюда, в офис «Ночлежки» на Боровой улице, и с ними беседуют сотрудники, или волонтеры, или водитель ночного автобуса – по обстоятельствам. Им говорят, что если у человека нет паспорта, то мы можем помочь его восстановить. Если люди спрашивают про работу, то соцработник устраивает их на работу. В этих точках входа они узнают, какие вопросы задать и с какими проблемами могут помочь сотрудники «Ночлежки». У нас, к сожалению, нет возможности, как это делают немецкие и французские соцработники, ездить по городу и беседовать с людьми.

- У многих увлеченных свои делом людей со временем появляется своего рода профессиональный перекос. Врач видит в толпе больных, архитектор постоянно смотрит на здания. А как происходит с вами, вы не начинаете автоматически искать взглядом бездомных, чтобы с ними поговорить?

- Если я вижу, что могу что-то сделать, я, конечно, подойду, но это не профессиональный перекос, а естественная реакция. Если ты можешь чем-то помочь, то помогаешь. Специально я никого не высматриваю, но, с другой стороны, вопреки распространенным стереотипам, бездомные не всегда выглядят как бездомные. Есть множество людей, которые следят за собой, у которых есть работа, просто в данный момент у них нет жилья. А вообще, я думаю, примерно так же и у врачей, а также у работников других направлений: вне работы хочется абстрагироваться и немножко пожить для себя.

- Сколько людей вам удается реабилитировать?

- В прошлом году у нас жили 220 человек. Это максимум, сколько мы можем обеспечить в год. Соответственно, большинству этих людей мы смогли помочь вернуться после нашего приюта к более-менее нормальной жизни – не на улицу, а снимать жилье, или воссоединиться с родственниками, или мы помогли им попасть в интернаты. Есть еще люди, которые к нам не заселялись, но наши соцработники брали их на сопровождение, то есть, точно так же ими занимались, и это еще 150 человек. Это если мы говорим именно о возвращении с улицы. Ежегодно у нас получается три-четыре сотни людей. Это не говоря о тех, кто благодаря ночному автобусу и пунктам обогрева получил горячую еду и теплые вещи. От этого они, конечно, не перестали быть бездомными, но получили возможность поесть и сохранить жизнь и здоровье.

- А бывает так, что люди проходят реабилитацию, а потом снова попадают к вам?

- Бывает, но не часто все-таки. Бывает так, что человек нашел работу, нашел жилье с кем-то вскладчину, съехал из приюта. А потом работу потерял, или заболел тяжело, и, соответственно, опять работу потерял, и ему нечем платить за жилье. Он снова оказывается у нас. Когда человеку нечем платить за квартиру, он сразу оказывается на улице. И, если у него нет никаких крепких социальных связей, его не приютят друзья, родственники и так далее. Если человек бывший бездомный, то у него этих связей, понятное дело, нет. Может быть, это пожилые люди, у которых уже не осталось родственников, может быть, выпускники детдома, у которых друзья – такие же, как они, и приютить не могут. Может быть, это трудовые мигранты, у которых нет никаких связей в Петербурге. Пока работают, они снимают жилье, а когда не работают, или их обманывают с оплатой, они, соответственно, это жилье теряют.

- Пока мы поднимались по лестнице, возник такой вопрос. У вас в приюте живут инвалиды, многие не ходят, а комнаты на втором этаже. Как же они перемещаются?

- У нас и на третьем этаже есть люди, которые не ходят. Соответственно, их просто носят. Здесь живут 15-20 человек с разной инвалидностью, есть слепые, есть не ходячие. Мы их  устраиваем в дома для инвалидов. Если есть первая или вторая группа инвалидности, то они могут рассчитывать на заселение в такие дома. Но из-за нашей забюрократизированной системы все это превращается в очень длительный процесс. Даже с помощью квалифицированного соцработника, всё это собирание бумажек и стояние в очереди длится достаточно долго, и весь этот период люди живут у нас. Потому что иначе в такой... форме они не продержатся.

- Неужели нет никаких способов ускорить этот процесс? Никаких поправок?

- Просто физически не хватает мест в домах инвалидов. Можно было бы, теоретически, сократить этот процесс, но тогда будет меньше времени тратиться на бумажки и больше – на стояние в очереди. Чтобы это ускорить, нужно и сокращать количество бумажек, и строить новые дома, а их, в общем-то, нет.

- Сколько их сейчас в городе?

- Честно говоря, не помню. Кажется, порядка шести. Но мы устраиваем людей в дома по всей России, потому что человек имеет право находиться в доме инвалидов только по месту последней регистрации. А многие люди... последняя регистрация была у них не в Петербурге, и, например, человек, который мошенническим образом был выписан из своей квартиры в Петербурге куда-нибудь в Вышний Волочек, теперь только туда может устроиться в интернат. И это тоже огромная проблема, потому что люди в принципе не понимают, как они потеряли свою законную квартиру, и вдобавок они находятся в состоянии ужаса, когда понимают, что не в Петербурге будут жить, а в каком-нибудь условном Вышнем Волочке, в котором они никогда в жизни не были. Вот такая вот история.

- Как вы перевозите ваших подопечных из Петербурга в эти интернаты?

- Покупаем им билеты. Иногда, если нужно, отправляем с сопровождающим. Они берут с собой все бумаги, а там их уже ждут, для них готово место. Наше взаимодействие, как я уже говорил, подразумевает длительный процесс. Человеку присваивается номер в очереди. Соответственно, когда эта очередь продвигается вперед, нам сообщают. Нужно собрать большущий пакет документов, порядка 30 или 40. Еще, к сожалению, эти документы отличаются в зависимости от интерната: одним нужен такой пакет, другим – сякой, а все справки с ограниченным сроком годности, и нужно как-то так подгадать их получение, чтобы все они еще действовали на момент начала медицинской комиссии... В общем, с этим лучше не сталкиваться.

- В других регионах России есть организации, похожие на «Ночлежку», с которыми вы можете связаться в случае надобности?

- Организации есть, но... «Ночлежка» – старейшая организация помощи бездомным. Есть организации, которые оказывают гуманитарную помощь бездомным, кормят или пытаются как-то обогреть, или занимаются сбором и раздачей одежды, и мы, конечно, их всех или почти всех знаем. Их не так много, к сожалению. А вот организаций, которые помогали бы с реабилитацией бездомных, с восстановлением документов, и уж тем более с разбором и представительством в суде против мошеннических дел, – таких пока нет. Просто потому, что это требует больших финансовых затрат: нужно платить зарплату юристам и соцработникам, потому что люди должны быть опытными. Невозможно заниматься этим, просто обладая желанием. Этому нужно как-то научиться. И мы стараемся, конечно, распространять информацию о том, каким образом мы помогаем тем или иным людям. Мы консультируем коллег всегда, когда они к нам обращаются. Стали писать, где-то года полтора назад, пособия по организации проектов. У нас сейчас на сайте лежит пособие о том, как организовать в своем городе ночной автобус, и про пункты обогрева. А скоро напишем про социальную службу, и там же у нас уже выложены пособия для соцработников: как восстанавливать людям документы, как помогать получить медицинский полис и так далее.

- С получением полисов бывают проблемы?

- Должно было стать легче, но, по правде сказать, не стало. Прописка уже не нужна, мы добились того, что можно получить полис просто на основании паспорта или документа, удостоверяющего личность. Но об этом, во-первых, сами люди не знают, во-вторых, зачастую не знают сотрудники страховых компаний. И, соответственно, нашим сотрудникам приходится ходить и рассказывать им, что есть такой закон, что если они не будут его соблюдать, мы обратимся в прокуратуру... В общем, учить их, как надо работать. У нас бывали случаи, когда людей выгоняли из больниц или сразу после операций отправляли на улицу. Таким мы, конечно, тоже занимаемся, доводим дела до суда.

- Министерство по социальной политике вам как-то помогает?

- Город дает нам примерно 8-10 % нашего годового бюджета. То есть, с одной стороны, это, конечно, немного, с другой стороны, здорово, что есть эти 10 %, потому что иначе...

- Было бы тяжеловато.

- Ну, нам и так тяжеловато все время, но если бы не было этих денег, мы бы просто меньшему числу людей смогли бы помогать. Не было бы возможности раздавать столько еды, сколько мы раздаем, платить зарплату стольким соцработникам.

- Как вы распространяете о себе информацию среди бездомных?

- Мы каждый раз пытаемся повзаимодействовать с ГЦРР – Городским центром размещения рекламы, который по закону должен выделять места под социальную рекламу, но нам ни разу не удавалось договориться. Даже для того, чтобы указать маршруты ночного автобуса или адреса пунктов обогрева. Поэтому наряду с тем, что раз от раза мы снова пробуем найти общий язык с ГЦРР, мы стараемся общаться напрямую с владельцами рекламных площадок, с коммерческими организациями. Есть пять, если я не ошибаюсь, организаций, владеющих площадями наружной рекламы в Петербурге, и некоторые из них отдают нам свои пустующие места – те, которые они не смогли в конкретном месяце сдать в аренду за деньги. Они, например, дали нам 55 мест, когда мы размещали рекламу концерта «Ночлежка Фест». Есть, еще, собственно, сарафанное радио, и, как правило, человеку достаточно всего неделю прожить на улице, а он уже знает, что есть «Ночлежка», что можно придти на Боровую, 112Б, и получить помощь от наших соцработников. В принципе, в каждом районе,  где есть пункт обогрева и ездит «Ночной автобус», они друг другу рассказывают о нас, и практически всегда наши пункты обогрева заполнены, и «Ночной автобус» не остается с лишней едой – всё раздается. Если мы не говорим о каких-то новых пунктах обогрева и стоянках ночного автобуса, то рекламировать «Ночлежку» среди бездомных нет необходимости. К сожалению. Потому что это значит, что людей к нам приходит больше, чем нам нужно, чем мы можем помочь.

- Чем можно помочь вам? Что нужно «Ночлежке» прямо сейчас?

- Теплые вещи. Медикаменты. Средства личной гигиены. Вообще, у нас есть целый список на сайте, и когда нас спрашивают, что нужно, обычно указываем на него. А еще скоро Новый год, и у нас сейчас идет акция по сбору подарков для бездомных. Понятно, что это должны быть полезные подарки, не елочные игрушки. Если вы готовы отдать какую-то одежду, ее нужно приносить не сюда – в наш офис на Боровую, а в благотворительные магазины «Спасибо». Оттуда ее передадут нам.

 

Когда мы попрощались с Григорием и вышли на улицу, нам встретилась опрятная пожилая женщина, одна из жилиц «Ночлежки».

- Вы журналисты? Обязательно передайте огромную благодарность юристу Игорю Залмановичу от Зои Захаровны. Это удивительный человек, очень знающий и очень внимательный. Обязательно это напишите!

Вот, Зоя Захаровна, мы написали. Как вы и просили.

 

Сайт благотворительной организации «Ночлежка»: www.homeless.ru

Как помочь: www.homeless.ru/how_to_help/

Узнать о сборе новогодних подарков для бездомных можно здесь: www.homeless.ru/news/sbor_podarkov_vtoraya_nedelya/

Адреса магазинов «Спасибо» указаны здесь: www.spasiboshop.org

Подробности о проекте «Ночной автобус» читайте здесь: www.homeless.ru/projects/478/

 

Фото: Ирина Коваленко/НЕВСКИЕ НОВОСТИ, Светлана Карлова/НЕВСКИЕ НОВОСТИ, homeless.ru 

Новости партнеров: