Дело Гительсона: челоВЕФКческий фактор

03.02.2015 09:10 166
Санкт-Петербург, 3 февраля. В Василеостровском суде после долгого застоя продолжился судебный процесс по громкому уголовному делу в отношении экс-
Санкт-Петербург, 3 февраля. В Василеостровском суде после долгого застоя продолжился судебный процесс по громкому уголовному делу в отношении экс-главы «ВЕФКа» Александра Гительсона, которого обвиняют в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.159 УК РФ (Мошенничество в особо крупном размере). На заседании выступила бывший директор ОАО «Рускобанк», входившего в состав «Восточно-Европейской финансовой корпорации» (ВЕФК), Марина Табачкова. Она напомнила суду о банкире с Рублевки Матвее Урине, о представителях Агентства по страхованию вкладов, которые, по ее словам, устанавливали свои правила игры. Предпринимательская деятельность Гительсона началась еще до распада СССР. В 1988 он основал несколько кооперативов, которые занимались импортом и сбором персональных компьютеров и другого электронного оборудования. В начале 1990-х годов Александр Гительсон стал учредителем банка «Петровский» и «Аэрофлот». У последнего в 1997 году отозвали лицензию, а над «Петровским» предприниматель утратил контроль еще в 1992 году. Дальше его деятельность продолжалась за пределами России. Однако в 1995 году Гительсон снова заявил о себе в родных краях, став главным учредителем Петро-Аэро-Банка и членом его же совета директоров. С начала «нулевых» Александр Гительсон начал контролировать «Инкасбанк» и «Рускобанк». Позже в первом он стал председателем совета директоров. В 2003 году он создал ОАО «Восточно-Европейскую финансовую корпорацию» и стал ее президентом. В нее вошли купленные у группы МДМ Выборг-банк и Уральский трастовый банк. Спустя три года ВЕФК получил Банки МДМ «Санкт-Петербург» и Уралсибсоцбанк, которые получили названия «Банк ВЕФК» и «Банк ВЕФК-Урал». Вместе с ними корпорацию пополнили «Новосибирсквнешторбанк, который стал «ВЕФК-Сибирь» и банк «Рост». В свою очередь. Александр Гительсон стал председателем директоров «Банка ВЕФК». К слову, в 2008 году ВЕФК вошел в число десяти крупнейших корпораций РФ, а также занял второе место после Сбербанка по числу отделений. На момент задержания «главного героя» в состав «ВЕФКа» входило девять банков. По версии следствия, с мая 2006 по май 2007 года Гительсон установил контроль над рядом кредитных организаций, таких как ОАО «ПетроАэроБанк», ОАО «Выборг-Банк», ОАО «Инкасбанк», ОАО «Уральский трастовый банк», ОАО «Рускобанк», ОАО «Банк ВЕФК» и зарубежный банк «Баня Лука» (Республика Сербска). Все они входили в корпорацию. С января по апрель 2007 года обвиняемый посредством SWIFT-сообщения организовал электронную передачу на его личные счета, находящиеся в ОАО «Банк «ВЕФК», 5 млрд рублей из банка «Баня Лука». Позже обвиняемый по подложным документам под видом временного заимствования под условием возврата похитил из хранилища банка 2,5 млрд рублей. В свою очередь, председатель правления «Инкасбанка» Татьяна Лебедева дала показания против Гительсона, где созналась в участии в криминальной схеме с подсудимым, за что получила четыре года условно. По ее словам, будучи председателем правления, она для привлечения денежных средств с июля по сентябрь 2008 года заключила с комитетом финансов Ленинградской области договоры о депозитных вкладах, а затем перевела полученные бюджетные средства под видом банковского кредита в «Банк ВЕФК». Таким образом, правительству Ленобласти был причинен ущерб в размере одного млрд 892 тыс. рублей. За вложение бюджетных средств в «Инкасбанк» был отправлен в отставку вице-губернатор области Александр Яковлев, который, к слову, был председателем совета директоров «Рускобанка». Собственно, по последнему эпизоду, связанному с областным правительством, и проходит судебное следствие в Василеостровском районном суде. Потерпевшая сторона в виде представителя правительства Ленобласти в суде так и не появилась, хотя ради нее начало заседания задержалось почти на полтора часа. На звонки указанный в материалах дела представитель не отвечал. За трибуну в качестве свидетеля встала экс-глава «Рускобанка» Марина Табачкова. Она рассказала увлекательную историю о том, как складывалась жизнь областного банка и «ВЕФКа» в целом после задержания и впоследствии исчезновения Гительсона. В начале своих показания Табачкова рассказала, что проработала в «Рускобанке» аж 19 лет. Начала с низов, потом доросла до замов, а следом стала директором банка. Правда, это случилось уже после задержания Александра Гительсона. В 2007 году наступили темные времена – начался мировой финансовый кризис. «Начали падать акции наших компаний, цена на нефть. Не хватало денежной массы. «ВЕФК» был крупным банком, соответственно, имел много вкладчиков», – подчеркнула Табачкова. Вместе с тем свидетельница отметила, что в этот же момент в прессе распространилась информация о том, что у «ВЕФКа» есть проблемы, что депозит возвращают с заниженным процентом. Некоторым вкладчикам, отметила Марина Табачкова, даже приходили SMS-сообщения и электронные письма, мол, снимайте деньги с банков «ВЕФКа» и переводите в другие. У людей началась паника, народ побежал спасать свои финансы и стоять в очередях. Банк «ВЕФК» начал выдавать деньги физическим лицам по полтора млрд рублей в день, а потом пришли представители Агентства по страхования вкладов. На тот момент панку удавалось сдерживать только в областных банках, таких как «Рускобанк». Однако и туда в свою очередь нагрянули клиенты с требованием вернуть деньги. Табачкова напомнила, что де-факто руководителем «ВЕФКа» стал представитель АСВ Сергей Рощин. Своей основной целью областной банк ставил возврат финансов клиентам, хотя бы физическим лицам. Все-таки это вопрос репутации. Правда, и это оказалось непросто даже с имеющимися «живыми» деньгами на счету. «В «Рускобанке» было 250 млн «живых» средств. Ими мы могли рассчитываться с клиентами. Однако Рощин лично мне сказал, мол, никакие это не «живые» деньги. Несколько раз я с ним встречалась и все эти разы он отказывался выдавать мне средства», – вспоминает свидетельница. Вместе с Рощиным о себе заявил так называемый предприниматель с Рублевки Матвей Урин. В свое время он был совладельцем банковской группы, куда входил банк «Славянский», Традо-банк, Донбанк, Уралфинпромбанк, «Монетный дом». На сегодняшний день данный герой истории уже сидит. Он был осужден на 7,5 года лишения свободы за хулиганство, нанесение побоев, порчу имущества, вывод активов из подконтрольных банков в размере 16 млн рублей. Дело в том, что в 2010 году недалеко от поселка Жуковка автомобиль голландского подданного Йоста Фаассена отказался уступать дорогу машине, в которой ехал Урин. По указанию банкира охрана догнала подданного, избила его и разбили стекла его автомобиля. Избитый Фаассен запомнил номера обидчика. Так правоохранители и вычислили Урина. Тогда он был осужден на 4,5 года лишения свободы. Позже срок был увеличен до 7,5 за хищение 16 млрд рублей. Но до того как Урина «угомонили» он заявил о себе в «Рускобанке». Предприниматель был намерен купить банк, причем крайне своеобразным способом. На тот момент Гительсон был уже в бегах и его пакет акций областного банка был заморожен, но были и вторые акционеры, которым принадлежало 25% акций. Ими выступало правительство Ленобласти. На заседании в Василеостровском районном суде Александр Гительсон вызвался сам допросить Табачкову в части личности и действий рублевского предпринимателя. В первую очередь подсудимый поинтересовался, откуда экс-директор «Рускобанка» знала Урина. «Мне его представил Яковлев. Сказал, что свой человек», – ответила свидетельница. Тогда Гительсон спросил, каким именно способом Урин хотел купить «Рускобанк». На это Марина Табачкова ответила, что при покупке банка Урин не собирался вносить свои деньги. Московский предприниматель, подчеркнула свидетельница, заявил тогда, что будет брать деньги «Рускомбанка» и на них выкупать акции Ленобласти. «Но так же нельзя. Это как прийти в магазин и попросить товар в счет самого магазина», – возмущалась Табачкова, вспоминая дела давно минувших дней. «Почему работающие на тот момент акционеры «Рускобанка» не смогли препятствовать этому процессу?» – продолжил Гительсон. На это Табачкова заявила, что ее сняли с должности, а в разговоре с корреспондентом НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ подчеркнула, что с нее требовали подпись на документах о передачи денежных средств Урину, пообещав за это «золотой парашют», но она отказалась и уволилась. «Хорошо, но больше 50% акций «Рускобанка» принадлежали «ВЕФКу», почему оттуда никто не воспрепятствовал появлению человека, который явно был рейдером?» – не останавливался Гительсон. «Потому что эти акции были заморожены и представители не имели права голоса. Никто ничего не мог сделать», – призналась Табачкова. Как выяснилось, сделка о передаче денег все же была проведена, правда, после увольнения Табачковой. Так что, она к этому не имела уже никакого отношения, больше того, лежала в больнице после банковского стресса. «Тогда откуда вы знаете о сделке?» – поинтересовался уже судья Ковин. «Со слов юриста банка. Он был честнейшим человеком…» – начала отвечать свидетельница. «То есть, вы об этом знаете только со слов честнейшего человека?» – улыбнулся Ковин. «Этот человек, юрист, был членом совета директоров «Рускобанка». Его вызвали и сказали, что нужно подписать документ о передачи денег. И еще сказали, мол, вот вам миллион рублей, подписывайте и молчите», – отметила Табачкова. «А чего это он с вами так откровенничал? Зачем это он озвучил вам такие неприятные вещи? Они же неприятно звучат. Почему вам такие пакости рассказывают?» – спросил судья. «Ну, мне его было жалко. И вообще, он просто позвонил и рассказал», – с улыбкой ответила свидетельница. На это Ковин в шутку назвал Табачкову душеприказчиком. Под занавес свидетельница заявила о своей полной уверенности в том, что Гительсон не совершал всего перечня преступлений, на которых настаивает следствие. У Табачковой по этому поводу был всего один аргумент, зато железный – Гительсону чисто физически было невыгодно осуществлять подобного рода махинацию. Будучи «отцом» финансовой корпорации, председателем совета директоров аж в двух крупных банках, прибыли Гительсон в сумме получал гораздо больше, чем то, что он якобы похитил. К слову, поскольку план Матвея Урина сорвался, на данный момент «Рускобанк» принадлежит совсем другим людям и организациям.  В 2012 году банк был продан с молотка за 228 млн рублей. Хотя, как стал известно корреспонденту НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ, его, учитывая все активы, имеющиеся лицензии и пассивы, можно было продать минимум за 500 млн рублей. На данный момент 54% акций «Рускобанка» принадлежат ООО «СМ капитал» (ранее – ООО «Урса капитал проекты»). Текст: Александра Будер  
Новости партнеров: