Дело о переезде Военно-морского музея: не в ответе за тех, кому поручили

18:43 06.02.2015 1224
Санкт-Петербург, 6 февраля. Замминистра обороны РФ Панков прибыл в Петербург специально, чтобы дать показания в Василеостровском районном суде по делу
Санкт-Петербург, 6 февраля.

Замминистра обороны РФ Панков прибыл в Петербург специально, чтобы дать показания в Василеостровском районном суде по делу в отношении бывшего директора Военно-морского музея Андрея Лялина. Николая Панкова допрашивали целых полтора часа, за которые он назвал подсудимого профнепригодным и фактически отнял почву из-под ног защиты экс-директора ЦВММ, передает корреспондент НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ. Добрую половину слушателей процесса по громкому делу Лялина занимала суровая охрана Николая Панкова, который в пятницу, 6 февраля, был единственным допрошенным свидетелем обвинения. Должность замминистра Панков занимает с 2002 года, а с 2010 года его родное ведомство к большому неудовольствию чиновника возложило на его плечи обязанность сопровождать серьезный госзаказ Министерства обороны РФ, переезд Военно-морского музея из здания Биржи в казармы на площадь Труда. Панков не скрывает, для него такой поворот событий был «как снег на голову», но приказ есть приказ – нужно выполнять. От Панкова требовалось слушать доклады своих подчиненных о том, как исполняются условия контракта, периодически организовывать совещания, читать документы из Петербурга, в которых подробно рассказывалось как хорошо и планово идет переезд и, что важно, ставить подпись на еще более важных документах, которая означала «зеленый свет» для начала перевода бюджетных средств для компании «НЕВИСС-Комплекс», которая, собственно, и перевозила ЦВММ. Как сообщалось ранее, по версии следствия, экс-глава Военно-морского музея Андрей Лялин вступил в сговор с директором компании «НЕВИСС-Комплекс» Александром Швирикасовым. Так, Швирикасов дал взятку Лялину в размере 56 млн рублей. К слову, это часть тех 980 млн рублей, которые были выделены из бюджета министерством на переезд музея. За такую круглую сумму Лялин должен был предоставлять в Минобороны РФ документы, в которых говорилось о том, что переезд идет в плановом режиме, что на самом деле действительности не соответствовало. На допросе в Василеостровском районном суде прокурор поинтересовался у Панкова, несут ли чиновники ответственность за исполнение госконтракта. На это замминистра ответил расплывчато, зато так, как подобает военному. А еще рассказал интересную подробность самого текста госконтракта и свою трактовку правил его исполнения. «Командиры и начальники несут всю полноту ответственности за выполнение контрактов. В тексте контракта есть понятия «уполномоченный заказчика», «представитель заказчика». Еще там прописаны права и обязанности сторон. Тут идет дубляж обязанностей директора ЦВММ. В свое время Александр Швирикасов обратился ко мне с вопросом, кто является уполномоченным представителем заказчика, а я ему в письменной форме ответил, что директор музея. Ранее такой же документ отправлялся начальнику управления по работе с личным составом», – заявил Панков, тем самым постепенно начал «топить» Лялина и почву, на которой основывается позиция его защиты. Отметим, на протяжении судебного следствия поведение и вопросы Лялина, а также его адвоката дают возможность прийти к выводу, что, по их мнению, бывший директор Военно-морского музея не имел никакого отношения к реализации госконтракта Минобороны, а если и имел, то не был поставлен об этом в известность. Больше того, Панков подчеркнул, что на документах о мероприятиях и сроках переезда своими глазами видел подпись Лялина. Без нее, отметил замминистра, эти документы не дошли бы ни до него, ни до Москвы. Вместе с тем крупный чиновник подтвердил, что роль ревизора в данной истории исполнял представитель ведомства Сергей Масютенко, который выезжал в Петербург и проверял плановость выполнения госконтракта. Отметим, ранее Андрей Лялин заявлял, что взятку от Швирикасова действительно брал, но не 56 млн рублей, а только 16 млн, и делал это как раз по требованию Масютенко. Так, утверждал Лялин, 15 млн рублей он передал чиновнику Минобороны, а оставшийся миллион потратил на переезд музея. В свою очередь, Масютенко на допросе заявил, что экс-директор ЦВММ оговаривает его. «К сожалению, и я хочу отметить это четко, никакой информации о ненадлежащем исполнении контракта мне от Масютенко не поступало», – подчеркнул в суде Панков. Также замминистра отметил, что у него не было оснований не доверять Лялину. К тому же, сказал Панков, еще в 2010 году, когда переезд ЦВММ «повесили» на него, «свои люди» заверили чиновника в том, что «Лялин – классный мужик». «Когда я узнал, что контракт сорван, то пришел в ужас. Я пригласил к себе Швирикасова. Лялина не было. Мы с ним еще раз проштудировали текст контракта и указали ему на пункты, по которым компания должна продолжать работать. К чести Швирикасова скажу, что он занял хорошую позицию – говорил, что приложит все силы и сделает все, чтоб контракт был выполнен в полном объеме», – вспоминал Панков. Вместе с тем замминистра заявил, что директор «НЕВИСС-Комплекса» объяснил срыв сроков реализации госконтракта финансовыми затруднениями компании. Иными словами, компания имела задолженность перед другими людьми, и выделенные из бюджета деньги на переезд музея были потрачены на другие цели. К слову, о финансовых проблемах Швирикасов рассказывал и следователям. Тогда второй фигурант дела признался, что именно это заставило его прибегнуть к сговору с экс-директором ЦВММ. «Пусть Лялин не обижается, но я до конца своей жизни не пойму, как можно так относиться к работе. Он продемонстрировал полную профнепригодность, поставив личные интересы выше других. Полагаю, что такие люди не имеют права ни на какую должность», – также отметил Панков. Когда прокурор поинтересовался у замминистра, в чем лично он видит корыстные цели Лялина, Панков отказался отвечать на этот вопрос. «Ваша честь, я могу не отвечать? Я же не обвинитель. Бог ему судья. И Лялину я приношу свои извинения», – тихо сказал Панков, впервые за все время процесса повернувшись к основному фигуранту дела. «Ничего, я все понимаю», – с улыбкой отреагировал сам Лялин. Под занавес заседания Панков, как и остальные представители Минобороны РФ, допрошенные в рамках данного процесса, заявил, что, по его мнению, один год, который был указан в условиях контракта, вполне реальный срок, чтобы перевезти музей. На этом заседание подошло к концу. Панков вышел из зала, а вместе с ним вышли и семь серьезных мужчин в дорогих костюмах. Их широкие спины стали живым щитом для замминистра от фотокорреспондентов, которые ждали чиновника в коридоре. Закрывая объективы прессы папками для документов, суровые молодые люди, не желавшие представляться и в грубой форме отвечавшие на вопрос, на каком основании они нарушают закон, вывели Панкова из здания суда. Текст: Александра Будер Читайте по теме: Замминистра обороны РФ: экс-директор Военно-морского музея Лялин продемонстрировал полную профнепригодность

Новости партнеров: