Преступник-подросток: казнить нельзя предотвратить

13.09.2018 18:03 25080
Трое подростков АУЕшников, из тех, кто устроил побоище в Таврическом саду 24 августа, заключены под стражу на два месяца в изоляторе для несовершеннолетних. Вполне вероятно, в дальнейшем будут осуждены и получат срок в колонии. Исправятся? Станут лучше и чище? Вряд ли… Можно ли было избежать подобного финала.

История, когда 24 августа группа из 14 молодых людей, в том числе, несовершеннолетних, безо всякой причины принялась жестоко избивать и грабить людей, гулявших в Таврическом саду, до сих пор будоражит СМИ и социальные сети Петербурга. Тогда в полицию с заявлениями обратились 16 человек: кому-то сломали нос, кому-то челюсть, также у пострадавших были украдены личные вещи. Среди жертв подростковой жестокости оказался учитель гимназии, который, растерявшись от вопроса: «Чё сидим?», не успел отреагировать и тут же получил удар в челюсть. С двойным переломом он был госпитализирован.

Преступник-подросток: казнить нельзя предотвратить

Подростки причисляли себя к АУЕ – «арестантско-уркаганскому единству», неформальному информационному объединению, которое получило широкое распространение в соцсетях.

Свидетельница происшествия:

« …наша компания в этот момент находилась в Таврическом саду… Среди нас были пожилые люди и дети. Поэтому сразу с четырех телефонов начали звонить в «112» и «02». Ни на один вызов полицейские не приехали". 

Подростки без разбора избили всех, кто встретился на их пути, а потом убежали. Чуть позже стало известно, что продолжилась эта «криминальная вечеринка» посещением небольшого магазина на Суворовском проспекте, где компания на глазах у опешившего продавца стащила ящик с пивом, сотрудник торговой точки был настолько шокирован, что даже не попытался сопротивляться гоп-компании. Распивая украденное пиво, подростки еще «погуляли» по центру Петербурга и разошлись.

По результатам отвязанных действий АУЕшников прокуратура Петербурга возбудила уголовные дела по фактам грабежа, побоев, умышленного причинения вреда здоровью средней тяжести и передала контроль Следственному Комитету. Спустя шесть дней после совершения погромов и избиений в Таврическом саду трое главных фигурантов этого резонансного дела по решению суда отправились в следственный изолятор для несовершеннолетних на улице  Академика Лебедева. Савве М., его подельникам Диме Б. и Сергею С. Смольнинский районный суд Петербурга вынес постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца.

История, разумеется, еще не закончена и после суда за совершенные преступления подростки, вполне вероятно, получат «срок» и отправятся в колонию. Вполне заслуженно, кстати, но вот печальный факт: несовершеннолетние, и так обильно пропитанные «тюремной романтикой», часть своей юной жизни проведут внутри криминального сообщества. Исправятся? Станут лучше? Это вряд ли…

Вообще, проблема подростковой жестокости не нова. Частые случаи проявления детской агрессии всегда вызывают широкий общественный резонанс. Конечно, такие происшествия характерны не только для современной России – они были всегда, но раньше их замалчивали, сейчас же, с развитием интернета, они становятся самой популярной темой для обсуждения в соцсетях. И предложения от разгневанной публики, как правило, звучат такого плана: понизить возрастную планку уголовной ответственности, ну и: «малолетних подонков и их родителей - на кол!».

Тем временем, еще с 2012 года в нашей стране существует метод, который позволяет, работая уже в школе с «проблемными» детьми на начальном этапе проявления агрессии, предотвратить потенциальное преступление. А если криминальный эпизод произошел, добиться, чтобы малолетний преступник полностью осознал свои ошибки и не повторял впредь. Программа была создана и успешно работает в Москве.

«Наша программа направлена не на то, чтобы «отмазать» от тюрьмы или наказания. Речь о том, готов ли преступник услышать потерпевшего и загладить причиненный вред. Предпринять какие-то действия, чтобы в дальнейшем это не повторилось», - рассказал НЕВСКИМ НОВОСТЯМ руководитель направления «Школьные службы примирения» Межрегионального общественного центра «Судебно-правовая реформа» Антон Коновалов.

«Если в процессе восстановительной медиации преступник загладил вину перед жертвой, искренне извинился и извинение это принято, пошел на  работу, начал к психологу ходить, на программу реабилитации, то тогда его изменения к лучшему будут рассмотрены судом, и суд может принять решение по статье 76 УК о прекращении уголовного дела за примирением сторон. Хотя мы никогда не обещаем, что прекратим дело – не это наша основная задача.

Если бы я работал с зачинщиками происшествия в Таврическом саду, я пришел бы к каждому из них и побеседовал вместе с родителями. Не с группой, когда они выпендриваются друг перед другом, смеются: в группе подростки друг друга подначивают.

И обсуждали бы следующее: как он видит ситуацию, кому он причинил вред, что он собирается делать, чтобы это исправить, что могут сделать родители, чтобы подобного не повторилось. Чтобы ребята услышали, что это не шуточки, мол, повеселились здорово, а людям причинен реальный вред: на работу не пошли, некоторые в больницах оказались. В общем, осознали вину и исправили причиненный вред, начиная с извинений и заканчивая, в том числе, финансово.

Многие наши ребята после программы устраивались на работу и отдавали деньги потерпевшим. Например, двое ребят избили женщину, порвали ей шубу, она потребовала возмещение вреда. Родители согласились в суде отдать деньги. Но мы сказали: хорошо, а как же сами ребята? Ребята подумали, на лето устроились на работу и вернули родителям долг.

Но вообще, работать надо не когда этот ужас случился, а до того. Перед тем, как совершить преступление, я думаю, в школе было 150 ситуаций, когда зачинщики драки в Таврическом приставали к одноклассникам, били младших и так далее. И никакой реакции эффективной на начальном этапе не было. Прежде всего, не было работы «школьной службы примирения», которые реагируют на простые конфликты».

Для справки. Школьные службы примирения или службы школьной медиации — являются инструментом урегулирования школьных конфликтов. Служба школьной медиации — эта служба, состоящая из работников образовательной организации, учащихся и их родителей, прошедших необходимую подготовку.

Если же говорить вообще, то медиация  - процесс, в рамках которого участники с помощью беспристрастной третьей стороны (медиатора) разрешают конфликт. Восстановительная медиация – это процесс, в котором медиатор создает условия для восстановления способности людей понимать друг друга и договариваться о приемлемых для них вариантах разрешения проблем (при необходимости - о заглаживании причиненного вреда), возникших в результате конфликтных или криминальных ситуаций. В ходе восстановительной медиации важно, чтобы стороны имели возможность освободиться от негативных состояний и обрели ресурс для совместного поиска выхода из ситуации.

Антон Коновалов:

«Работа в школьной службе примирения идет не по принципу: вы, ребята, нарушили школьный устав, больше так не делайте, мы вас накажем, вызовем родителей! Эти слова нарушителям «по барабану». Задача в том, чтобы они поняли, какой конкретный вред они приносят своим жертвам. Не уставу школы - для них это повод для гордости: меня на учет поставили. Мы добиваемся того, чтобы обидчик встретился с жертвой, услышал ее и загладил вину».

Типичный буллинг

В службу медиации школы № 86 г. Волгограда обратилась классный руководитель 7-го класса с просьбой поговорить с группой девочек, которые постоянно ссорятся между собой, оскорбляют друг друга, дерутся. На момент обращения подростки находились в стадии острого конфликта, назревала очередная драка. На вопрос: «В чем суть конфликта?» классный руководитель ответила, что пятеро девчонок постоянно травят одну, Ирину.

В ходе нескольких примирительных встреч выяснилось, что Ирина, вообще-то, “не подарок”: постоянно “достает” девчонок, жалуется на них своей бабушке, не помогает, когда к ней обращаются с просьбами, оскорбила одну из девочек компании, обозвав ее папу “зэком”.

В результате работы школьной службы примирения девочки извинились друг перед другом, подписали “примирительный договор” и в дальнейшем конфликтов между ними не было.

Банальная школьная история, которая без работы медиаторов могла закончиться дракой и даже серьезным преступлением. Как, например, в городе Шадринск (Курганская область). 21 марта 13-летняя ученица школы № 15 открыла стрельбу из пневматического оружия по своим одноклассникам. От выстрелов пострадало семеро учеников. Одному мальчику пуля из пневматического пистолета попала в голову, он сразу был госпитализирован; остальные получили синяки и ссадины. Следствие выяснило, что школьница решила напасть на одноклассников, потому что те часто дразнили ее.

Лечить нужно не когда пациент «при смерти», а профилактически

Антон Коновалов:

«Самые распространенные конфликты, которые разбирают школьные медиаторы  – драки между ребятами, мелкое воровство или толкнул кто-то кого-то, обозвал.

На обучении мы проигрываем ситуации типичные для школы. А главное - как пригласить на примирительную встречу того, кто изначально мириться не собирался. И если уж стороны говорят: хорошо, давайте попробуем договориться, тогда уже проще - проводится встреча, на которой специалист управляет коммуникацией и приводит к тому, чтобы обидчик осознал ответственность».

А вот, что происходит, когда ситуация с конфликтом подростков "запущена". В середине января этого года двое учеников школы № 127 в Перми "из-за личной неприязни" устроили поножовщину. По уточненной информации, в результате драки на ножах двух учеников пострадали 11 подростков и учитель. Трое человек были госпитализированы, состояние двоих из них - учительницы и 16-летнего ученика - оценивается как тяжелое. Школьники и педагог получили ножевые ранения в результате того, что пытались разнять конфликтующих.

Антон Коновалов:

«Расскажу одну историю. Идет по площади небольшого города дедушка, его все в городе знают и уважают, потому что он участник войны, Герой Советского Союза. И видит, что на площади подростки избивают кого-то. Он к ним подходит и говорит всего три слова: "Сынки, вы что!" Они остановились и сказали: "Бать, прости, чего-то мы не того"… И все. Секрет успеха этой истории в том, что пресек драку значимый в городе человек, личность, который сказал важные слова и задел душу подростков. И задача школы, в том числе, находить именно таких людей, которых сложные подростки «услышат». У нас есть методики как это сделать.

А вообще, «трудные» дети были всегда. Я часто привожу в пример традиции российского сельского схода, когда всем миром решали: что делать? Невозможно было оступившегося изгнать. Куда его выгонишь: у него здесь дом, семья, могилы предков, он будет здесь вот такой «неправильный» жить. Значит, нужно всем собраться: его услышать и семью вразумить. Но не избивать его. Не начинать насилие: агрессия вызывает ответную агрессию.

Возвращаясь к происшествию в Таврическом саду. Могу предположить, что в соцсетях начался скандал: давайте снизим возраст уголовной ответственности, давайте выгоним в колонию, изгоним из нашего города. А традиция русская такова: это  тоже наши дети. И мужикам «на районе» надо идти в эту компанию, но не устраивать с ними «разборки», а подумать вместе, что можно сделать, чтобы этого не повторялось. Потому что Петербург – их общий город, в котором вместе жить».

По российской и мировой статистике примерно 80 % ситуаций, которые разбираются по программе восстановительной медиации, разрешаются успешно. Среди школьных конфликтов даже больше – 90 %. Эта программа успешно работает в Москве и еще в 35-ти субъектах РФ. Вполне вероятно, будь она своевременно внедрена в Петербурге, подросткам, устроившим побоище в Таврическом и не пришлось бы отвечать «по полной», по сути, за свои весьма незрелые и абсолютно неверные убеждения.

Мы ни в коем случае не оправдываем их действий: за преступлением должно последовать наказание. Но все-таки профилактика в данном случае была бы лучшим лечением.

Автор: Марина Козлова
Материалы по теме: