Нажми «Разрешить»
Узнавай только о главных событиях в Петербурге!

Дело Гришкевич: ФОНДоментальный отказ от взятки

21:33 17.03.2015 739
Санкт-Петербург, 17 марта. Приморскому районному суду наконец удалось допросить экс-главу Пенсионного фонда по Петербургу и Ленобласти Наталью Гришкев
Санкт-Петербург, 17 марта.

Приморскому районному суду наконец удалось допросить экс-главу Пенсионного фонда по Петербургу и Ленобласти Наталью Гришкевич. Участники процесса ждали этого несколько месяцев. Гособвинению, да и судье Алле Ермаковой пришлось не легко. Добрая половина ответов подсудимой сводилась к сухим формулировкам «Я не знаю» и «Не стану отвечать на вопрос». К тому же, Гришкевич отказалась от ранее данных показаний. Несостыковки повествования подсудимая списала на стресс. Во вторник, 17 марта в Приморском районном суде состоялось заседание по делу в отношении экс-главы Пенсионного фонда Петербурга и Ленобласти Натальи Гришкевич. Как сообщалось ранее, она обвиняется в получении взятки в размере 47 млн рублей от основателя Восточно-Европейской финансовой корпорации, председателя совета директоров «Банка ВЕФК» и «Инкасбанка» Александра Гительсона. Вступив в преступный сговор с банкиром, Гришкевич должна была обеспечить перевод денег для финансирования пенсий и иных социальных выплат на счет в «Банке ВЕФК» со средним неснижаемым остатком не менее одного млрд рублей. Следователи настаивают на том, что подсудимая с мая по июль 2006 года не закрыла счета в подконтрольном Гительсону банке, таким образом нарушив федеральный закон «Об обязательном пенсионном страховании в РФ». То есть, с 2006 года по 2009 год экс-глава регионального ведомства обеспечивала финансирование пенсий через счета «Банк ВЕФК». Собственно, за это, настаивает следствие, Гришкевич и получила взятку. На протяжении нескольких месяцев гособвинение пыталось допросить подсудимую, однако заседания постоянно откладывались. Причины были разные – болезнь адвоката, отсутствие времени у защитника до конца ознакомиться материалами дела, плохое самочувствие Гришкевич и ряд других. Происходящее прокурор Одинцов откровенно называл намеренной волокитой и затягиванием. И вот, наконец, Гришкевич удалось допросить. Вопросы подсудимой задавали на протяжении пяти часов – дело серьезное, масштабное, да и, очевидно, накопилось. Первым делом прокурор Одинцов поинтересовался у экс-главы регионального Пенсионного фонда о личности Александра Гительсона. На это Гришкевич ответила, что познакомилась она с ним буквально по телефону, мол, позвонил он ей, вступив в должность главы совета директоров «Банка ВЕФК» – банка, где осуществляется выплата пенсий. Другом основатель корпорации подсудимой не приходился. Между ними складывались крепкие деловые отношения. Встреча на Эльбе между главными героями уголовной пьесы произошла весной 2006 года. Тогда, настаивает следствие, Гительсон передал Гришкевич первую часть взятки. Однако на допросе обвиняемая заявила, что никаких встреч с Гительсоном в 2006 году у нее не было. «Рандеву» произошло позже, где-то через год, точно Гришкевич не помнит. Экс-глава фонда обратилась к Гительсону за помощью. Ей необходимо было взять кредит в размере одного млн рублей, якобы на лечение и протезирование мужу. «Ранее, когда вы брали кредиты в банке, вы также обращались к руководителям?», – поинтересовался Одинцов. «Да, иначе это делать сложнее», – ответила подсудимая. «Чем обусловлена сложность?», – продолжил прокурор. «Разными ограничениями. Что касается «Банка ВЕФК», то у работников Пенсионного фонда там были льготные условия», – попыталась объяснить Наталья Гришкевич. Подсудимая рассказала, что, оказывается, Гительсон дал ей один миллион рублей в качестве кредита с весьма странной схемой возврата. Для начала обвиняемая не помнит, какова была процентная ставка и была ли вообще. Срок возврата – не менее трех лет, при этом, по словам фигурантки, не нужно было вносить ежемесячные платежи. Сумма должна была быть возвращена полностью через определенный промежуток времени. Любопытно, что Гришкевич отказалась отвечать на вопрос о том, с каким заболеванием было связана срочная операция и протезирование мужу, сославшись на то, что она не медик. Правда, отметила она, данная мера требовалась по назначению врача. Вместе с тем, подсудимая несколько раз повторила, что Гительсон дал ей всего одну банковскую карту. Хотя ранее Гришкевич говорила, что получила из рук банкира две карты. Далее прокурор попытался выяснить у обвиняемой историю, связанную с приобретением заграничной недвижимости. Отметим, следствие подозревает, что на полученную от Гительсона взятку Гришкевич купила дом в Финляндии. «Недвижимость с какой целью приобретали?», – спросил Одинцов. «Я отказываюсь отвечать», – заявила Гришкевич. «Дом приобретали в вашу собственность или в собственность мужа», – поинтересовался прокурор. «В долях», – ответила подсудимая, права, в каких именно долях пояснить не смогла – не помнила. Собственно, в провал в памяти фигурантки попала и стоимость финского домика. Деньги заплаченные за недвижимость, уверяет Гришкевич, были абсолютно легальными. Дом оплачивала она вместе с супругом. «Из каких денег?», – попытался конкретизировать обвинитель. «Я отказываюсь отвечать», – отрезала подсудимая. «Деньги Гительсона были использованы при покупке дома?», – настаивал Одинцов. «Нет», – сказала обвиняемая. «Гительсон участвовал в приобретении дома?», – переформулировал прокурор. «Я отказываюсь отвечать на этот вопрос», – заявила Гришкевич. Тогда Одинцов начал действовать иным способом. Прокурор обратился к судье Ермаковой и попросил огласить показная, которые обвиняемая давала в рамках досудебного следствия. Как выяснилось, схожи они были примерно так же как небо и земля. Дело в том, что в 2010 году (именно тогда Наталья Гришкевич дала свои первые показания) подсудимая частично признала свою вину. Бывшая глава регионального Пенсионного фонда согласилась с обвинением в части получения от Гительсона пластиковых карт в количестве двух штук и выгоду имущественного характера - безналичный платеж в адрес финской компании, у которой Гришкевич приобрела в заем участок. «Я понимала, что знаки внимания Гительсон оказывал мне из-за того что Пенсионный фонд держит счета в «Банке ВЕФК» и от оборота валют Гительсон получал  процент», – говорила подсудимая в далеком 2010 году. После того, как участники процесса заслушали данные показания, Гришкевич заявила, что не подтверждает их. Серьезные различия в ее словах подсудимая объяснила своеобразно: «Меня, конечно, не пытали и не били, но я находилась в эмоциональном стрессе. Показания были даны в соответствии с поставленной адвокатом тактикой защиты». Тогда прокурор напомнил Наталье Гришкевич о том, что ранее она готова была заключить досудебное соглашение. «Когда вы заявили о намерении заключить досудебное соглашение, ваши адвокаты разъясняли вам что это?», – спросил Одинцов. «Да, но следователем не было предоставлено это право», – неоднозначно ответила обвиняемая. «А они поясняли вам, что досудебное соглашение подразумевает под собой признание своей вины?», – продолжил прокурор. «Не помню такого», – тихо сказала Гришкевич. «А на тот момент, что вы подразумевали под досудебным соглашением?», – немного надавил обвинитель. «Меня интересовал только один вопрос – выйти и доехать домой, потому что там у меня была брошена 90-летняя мама без присмотра», – быстро нашлась подсудимая. В целом показания, данные Гришкевич на заседании во вторник, 17 марта, были более, чем противоречивы. Кажется, адвокаты не подготовили свою подзащитную к «вопросной атаке» прокурора. Это, к слову, заметила и судья Ермакова. Пожалуй, единственным козырем в рукаве адвокатов Гришкевич является то, что пенсионные счета в «Банке ВЕФК» были открыты до того, как подсудимая вступила в должность главы Пенсионного фонда по Петербургу и Ленобласти. Каким образом адвокаты используют данный аргумент и появятся ли какие-нибудь доказательства невиновности в деле Натальи Гришкевич – станет известно позднее.  

Новости партнеров: