Узники страшной войны

11.04.2015 11:11 157
Красное Село Ленинградской области, полустанок Скачки, оттуда пойдет мой рассказ, записанный со слов моей бабушки Белавинской Лидии Герасимовны, котор

Красное Село Ленинградской области, полустанок Скачки, оттуда пойдет мой рассказ, записанный со слов моей бабушки Белавинской Лидии Герасимовны, которую вместе с мамой, братом и сестрой в июне 1943 года немецкие захватчики увели на оккупированную ими территорию Эстонской ССР.

«Ничем не примечательная и спокойная жизнь деревни, нарушилась с приходом немцев. И пока они укреплялись на нашей территории и продвигались к Ленинграду, мы жили в вырытом соседями окопе, закрытым сверху бревнами и присыпанным землей. Вместе с ними и еще одной семьей - мы прожили в нем неделю, спали на деревянных настилках, и только керосиновая лампа давала нам свет. 

Немцы взяли Лигово, в четырех километрах был Кировский Завод, дальше враг не прошел. Нас отпустили по домам и с сентября 1941 года по июнь 1943 года - мы жили под немецкими захватчиками. Мне на тот момент было - 12 лет. На постое у нас никого не было, но с наступлением темноты мы уже не выходили из дома. Вот случай, который мне запомнился: немецкий патруль, проходя по улице, увидел в окне нашего дома свет и один из немцев направился к нашей двери. Зайдя, к нам он увидел, что у нас есть керосиновая лампа и хотел забрать ее, но он не заметил, что на ней нет стекла. Моя бабушка протянула ему - эту лампу, он обжег свою руку, а после чего сильно ее ударил по лицу прикладом автомата. Остальные немцы, наблюдая это через открытую дверь-громко смеялись над этой ситуацией.  Один раз был такой случай: вышел немецкий приказ, сдавать коров-но мертвых животных они не брали. Мы умертвили свою корову, и сдали меньше мяса. Заподозрив это, немцы начали проверять шкуру коровы на соответствие со сданным мясом-рубщик был наш знакомый - он прикрыл нас. Моя мама ночью разносила мясо по соседним домам - мы чудом избежали наказания. 

Так продолжалось до лета 1943 года, пока наши войска не начали гнать врага. Ночью в июне 1943 года, к нашему дому подъехала немецкая машина и нам приказали залезать в нее. Мы не знали куда нас повезут. Нас доставили в лагерь, который находился в Красном Селе. Мы пробыли там не долго. К станции пригнали эшелон с товарными вагонами, нас загнали в них. Двери закрылись на засов с замком, закрылись двери - свободы. И опять эта неизвестность - нам не давали ни есть, ни пить, в вагоне не было окон. Не помню сколько мы ехали-состав прибыл в Таллинский порт, где находились три лагеря: для цыган, евреев и так называемый перевалочный лагерь. Мы пробыли в нем два или три месяца, прошли карантин. Затем приехали эстонцы - здесь их называли хозяева, приехали для того что бы отобрать себе рабочию силу. И снова машины, ночью нас опять куда-то увозили, по обеим сторонам дороги шум и пелена. Мы боялись, потому что думали-это море и нас везут топить, но мы ошиблись: шумом оказался - шелест колосьев ржи, а пеленой был туман. Стали подъезжать, послышался лай собак, нас встретил - надсмотрщик он был из немцев. Сначала нас поселили в барак, который находился на опушке леса, а потом перевели в тот который был в поле. Нас накормили гороховым супом-так что у нас потом разболелись животы. 

На другой день нас собрали и сказали выбрать старшего - который нас будет кормить и следить за порядком. Нам выдали: горох, муку, маргарин - самое необходимое и по минимуму, что бы мы не умерли с голоду. Мой брат  - Валера на работу не ходил, ему было восемь лет. Он помогал двум престарелым женщинам, которые готовили еду и смотрели за детьми. Была уборка урожая и мы стали работать: женщины собирали снопы руками, а мужчины закидывали вилами эти снопы в телеги затем эстонцы уже на телегах пригоняли к нам в гумно, где выгружали эти снопы, которые мы дети-утаптывали. Потом убирали картошку и овощи. 

Мы работали наравне со взрослыми, очень хотелось спать - мы были ослаблены. У нас было два часа на обед, а до и после обеда мы не имели права даже присесть. Раз в неделю топили баню - в нее мы ходили все вместе: взрослые и дети, мужчины и женщины - нас поднимали на смех, когда мы отказывались. У моей сестры Нины-ей было 16 лет ухудшилось зрение и ее забрали в город для работы на промышленном производстве. 

В начале марта 1944 года, когда наша авиация стала бомбить Таллин мы забрались на крышу барака, все радовались приходу наших, только одна моя мама плакала - ведь в городе была ее дочь и моя сестра. Мэр Таллина отдал приказ покинуть город, и моя сестра вместе с остальными двинулись из него по направлению к нашей мызе, так мы встретились и больше нас уже не разлучали. 

22 сентября 1944 года - Таллин был освобожден советскими войсками. Первые слова русских солдат мне особенно запомнились: «всех отвезут туда откуда забрали» -нашу радость словами не передать. Нас начали переписывать и фотографировать, а после нам сказали объединяться. Были Псковские, Новгородские, нас называли - Красноселы. Обратный путь пролегал по тому же маршруту - но уже без засовов и замков. 

Послевоенная жизнь была далеко не легкой, но понимание того что мы все вместе и на своей земле - нас сильно поддерживало. Моя мама устроилась на бумажную фабрику, сестра пошла работать статистом в статистическое управление, а мой брат и я пошли в школу. Я пошла в четвертый класс и закончила семилетку, а после поступила в текстильный техникум, но мама забрала документы, из-за нехватки денег им с сестрой было бы нас не прокормить. По субботам мы создавали Московский парк Победы : сажали деревья, делали аллеи. Во время войны на его месте был Кирпично-пемзовый завод , который выполнял роль крематория. Затем я закончила курсы бухгалтеров и потихонечку от помощника бухгалтера стала главным бухгалтером. 

На протяжении своей трудовой деятельности я параллельно вела работу с молодежью : рассказывала о войне, помогала поисковым отрядам, за что была неоднократно награждена грамотами за активное  за работу с молодежью». 

Мы обязаны помнить эту страшную трагедию Великой Отечественной Войны - трагедию изувеченного детства.

Детские жизни, здоровье и труд использовались в концлагерях, на военных и промышленных заводах, на сельскохозяйственных  работах. Дети становились рабочей силой, донорами, биологическим сырьем для «преступных опытов».

 Мы должны помнить подвиг узников концлагерей и передавать эту память следующим поколениям.

Забыть – значит предать!

Текст и фото: Николай Белавинский

Новости партнеров: