Среда, 06 июля 2022

22

Санкт-Петербург

«Домой приходила — плакала»: петербургские медсестры вспомнили о работе в «красных» зонах

Праздник медицинских сестер отмечается 12 мая не случайно — в этот день родилась Флоренс Найтингейл, англичанка, которая организовала первую в мире службу сестер милосердия во время Крымской войны 1853–1856 годов. На самом деле этому дню уже более 150 лет, официально его утвердили в 1974-м, а в России отмечают с 1993-го.

Такая выпала судьба

Солнечный день. Таврический сад. Гуляют мамы с колясками, прогуливаются пожилые. В тени деревьев на газонах лежат парочки, а кто-то загорает сидя на скамейке. Казалось бы, все позабыли о ковиде и мерах безопасности. Однако в прошлом году в это же время врачи вовсю боролись с тогда еще неизвестной заразой.

На одной из таких скамеек в саду корреспондент НЕВСКИХ НОВОСТЕЙ пообщался с Еленой Миткиной и Екатериной Толкачевой — медсестрами Госпиталя для ветеранов войн, которые, как и тысячи им подобных, сражались за жизни людей в «красных» зонах. Елена отчетливо помнит свой первый день на работе с ковидными больными.

«Лично у меня это было 3 апреля, пятница. Это было ужасно. Скорые все время ехали. Пугало обмундирование врачей, у них был значок биологическая опасность, и они говорили металлическим голосом», — вспоминает Елена, глядя на маму с ребенком.

Елена — старшая медсестра отделения реанимации и интенсивной терапии. Ее стаж составляет почти 18 лет. В ее подчинении 13 человек — среднего медперсонала, 13 — младшего, а также кастелянша. Ее коллега Екатерина, медсестра с 30-летним опытом, также отчетливо помнит, как столкнулась с пандемией.

«Первые дни мы не знали, с чем имеем дело. Потом, когда поняли, что с этим делать, — стало легче. Честно говоря, домой приходила — плакала. Смотрела новости, плакала, утром вставала опять на работу», — рассказала она.

Утром приходишь, а его уже нет

Медсестры отмечают, что до ковида ничего подобного не было. И это очень сильно било по моральному состоянию всех, особенно пациентов: им было страшно, они задыхались, хотели выжить.

«Ужасно, особенно когда молодых. Потому что ты понимаешь, что они многого могли в жизни достичь. Они сами же, когда были в состоянии, шутили: „Ты меня должна спасти, у меня трое детей и ипотека, мне умирать нельзя“. В следующий раз приходишь на сутки, а его нет», — вспоминает Елена.

«Они очень боялись. Особенно первые пациенты. Некоторые, наоборот, говорили, что все это ерунда, что ничего нет, вы все выдумываете, запрещаете нам выходить из палаты. Потом, когда в наше отделение поступали их жены, мамы, они уже менялись», — рассказала Екатерина.

Она пояснила, что основной задачей было вытащить людей из «красной» зоны, чтобы они выздоровели, любыми средствами. Кстати, старшая медсестра Елена Миткина сама переболела коронавирусом. Она три дня пролежала в реанимации и еще месяц в отделении, но после этого все равно вышла на работу. Екатерина также переболела, но не во время выполнения своих обязанностей.

А лечили людей они в специальных костюмах, которые, как мы помним, полностью покрывали все тело, в них было жарко и неудобно, особенно летом. Поэтому работали на износ. Особенно тяжело было в операционных, ведь другие болезни никуда не делись. И вот представьте: операция длится шесть часов, все в защитных костюмах, а хирург еще и в хирургическом костюме. В общем, нужно обладать железной выдержкой, чтобы так работать.

Некоторые не выдерживали таких сложностей и уходили, но, как отметила Елена, никто их не осуждал, и это не обсуждалось. Ведь все они люди. У них было правило: даже чай друг с другом не пить. Потому что, если ты инфицирован, ты можешь заразить другого. Грубо говоря, медперсонал боялся друг друга. Так или иначе, перед ковидом все были равны: врачи, медсестры, пациенты. Елена вспомнила, как умерла одна из ее коллег — 30-летняя девушка. Всеми силами они пытались ее спасти, но, к сожалению, не удалось.

«Смурфики», «гномики», «тучки» и «пингвинчики»

Именно так называли медсестер лежащие в стационаре пациенты из-за того, что их тела были полностью покрыты защитным костюмом, видны были только глаза, и то через очки или защитный экран. Это единственная часть тела, которую видел больной, и это было необходимо. Даже врачи не всегда могли узнать друг друга — все выглядели одинаково.

Вообще, как вспоминают медсестры, было очень много положительных моментов, особенно когда человек шел на поправку или после выписки писал благодарности врачам.

«Ему 55 лет. Принесли ходунки, поставили его на них, он сделал первый шаг к дверям, у него потекли слезы. Он говорит: „Лена, я же спортсмен, я же хожу на фитнес, в спортзал“. Еще у нас лежал мужчина, лет 60, бас-гитарист. Все говорил, что у него концерт и ему надо там быть, а после выписки он присылал видео с выступлений. В общем, когда ты видишь своего пациента, который гуляет в парке, — это круто!» — рассказала Елена Миткина.

Когда человек находился в «красной» зоне, он не знал, что с его родными, близкими, заболели ли они. И так как у них не было средств связи, медсестры давали свои телефоны, чтобы больные позвонили и узнали, что с ними. Вот так контакты медперсонала остались у пациентов, которые после выписки писали своим «ангелам хранителям».

«Он читал нам стихи в коридоре. У него было такое [стихотворение], совсем проникновенное, как ему было тяжело дышать, как задыхался и как его душа все время говорила, что туда или обратно», — вспомнила Елена.

Отношение, как к обслуге

Как отметила Екатерина Толкачева, главное в профессии медсестры — терпение. Ведь люди бывают разные: нагловатые, хамоватые. Поэтому многие молодые медсестры не выдерживают такого отношения к себе и попросту уходят или изначально хотят уйти в массажистки, косметологи. Тут стоит отметить, что пациенты Госпиталя для ветеранов войн — не обычные мальчики и девочки. Пенсионеры, инвалиды, участники Великой Отечественной войны, боевых действий, и медсестры находят подход ко всем.

«У них мало выдержки. Они могут сорваться. У всех разные характеры. Остаются фанатики, приходить могут все. Останутся те, кто любит эту профессию, кто живет ею. Считается, что медсестра — женская профессия. Да, есть медбратья, но опять же, они уходят или массажистами, или в физиотерапию. У нас никто не остается работать как медбрат. По крайней мере за свою практику я такого не встречала», — рассказала Екатерина Толкачева.

К сожалению, некоторые люди относятся к медсестрам, да и к самим врачам, как к обслуге.

«Некоторые бывают со своими причудами, но после реанимации они становятся другими. Постоянно говорят спасибо, вежливые. Они уже понимают, что мы не обслуживающий персонал», — смеясь, рассказывает Екатерина.

Медсестры — обычные люди, которые ничем не отличаются от нас с вами. У них есть чувства, это не безликие роботы, выполняющие свою работу, ведь не только таблетки и процедуры ставят больных на ноги, но и простая улыбка этих женщин. Каким бы хамом и непослушным ни был человек, они не оставят его умирать, а всегда подойдут и помогут. Да и работа в «красных» зонах продолжается.

Ранее НЕВСКИЕ НОВОСТИ писали, какие профессии жители Петербурга считают самыми уважаемыми — на первом месте оказались врачи.