00.00 00.00 00.00
Нажми «Разрешить»
Узнавай только о главных событиях в Петербурге!

«Мы не делаем обрезание»: почему операция малышу в Петербурге закончилась клинической смертью

21.05.2021 17:27
Стажер частной клиники Петербурга ввел мальчику большую дозу обезболивающего, после чего у ребенка началось серьезное осложнение.
«Мы не делаем обрезание»: почему операция малышу в Петербурге закончилась клинической смертью

Уроженец Узбекистана в четверг, 20 мая, провел в одной из частных клиник Петербурга операцию двухлетнему ребенку, в ходе которой у мальчика начались судороги и остановилось сердце. Оказалось, что 29-летний мужчина не числился среди сотрудников медучреждения — будущий уролог лишь проходил там стажировку.

НЕВСКИЕ НОВОСТИ пообщались с экспертами и узнали о возможной причине клинической смерти, влиянии анестезии, а также о том, что грозит нарушителям закона.

Обстоятельства дела

Руководитель той самой клиники «ЛюксМед» Зафаржон Салиев сообщил каналу 78.ru, что не знал о предстоящей операции ребенку.

«Я был не в курсе происходящего. Вообще, мы не делаем обрезание. Мы готовились к долицензированию. Этот доктор — ординатор второго года, мы его хотели взять на работу, поэтому он иногда у нас появлялся. Кто-то из докторов попросил сделать обрезание. На родине это в принципе без проблем, он раньше это делал. Мы его только готовились оформить через два месяца, потому что он должен был закончить и получить сертификат уролога. Первую помощь ребенку мы оказали, но там нужна была реанимационная помощь, поэтому вызвали скорую», рассказал директор медцентра.

Уголовное дело заведено по статье «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности», несмотря на то что отец малыша не подавал заявление в полицию. Он рассказал 78.ru, что в клинику обратился по рекомендации, а во время самой операции в больнице не присутствовал.

«Врач был неопытный, добавил большую дозу лидокаина. Я его раньше не знал, эту клинику посоветовала знакомая. Сейчас ребенок на вентиляции легких, сегодня снимут аппарат и посмотрят, как он себя чувствует, стало ли лучше»,рассказал отец малыша.

В настоящее время горе-стажер находится под подпиской о невыезде. В сообщении главного следственного управления Следственного комитета РФ по Санкт-Петербургу сказано, что «подозреваемый действовал от имени и по поручению неустановленных лиц из числа руководства указанной организации за денежное вознаграждение». Вместе со стажером за произошедшее придется отвечать и руководству клиники.

В результате операции мальчик получил анафилактический шок, приведший к клинической смерти, остановка кровообращения ребенка длилась четыре минуты. 

«Мы не делаем обрезание»: почему операция малыша в Петербурге закончилась клинической смертью

Операция по обрезанию

Директор Петербургского медицинского форума Сергей Ануфриев рассказал, что иногда обрезание делается по медицинским показаниям, например, когда диагностируется сужение крайней плоти у ребенка, но это бывает крайне редко. В основном на такую операцию идут из-за религиозных убеждений.

Такая процедура в некоторых странах выполняется даже в неспециализированных учреждениях и без анестезии — в ходе операции отрезается край плоти специальными щипцами. 

По словам эксперта, именно при использовании современных анестезирующих препаратов возможны острые реакции в виде анафилактического шока.

«Происходит быстрое развитие аллергической реакции, что может привести к клинической смерти», — пояснил он.

В данной ситуации, считает Сергей Ануфриев, очевидно, возникла реакция на обезболивающее. Скорее всего, медик не сделал ребенку предварительную пробу для выяснения возможной реакции, хотя и это не дало бы 100 % гарантии проведения успешной операции. Осложнения могли возникнуть и в процессе проведения пробы.

«Ситуация связана с непрогнозируемым и неизвестным, но внезапно возникающим анафилактическим шоком аллергии на анестетики. И важно быстро использовать реанимационные мероприятия для предотвращения смертельного исхода», — рассказал эксперт.

Реанимация пострадавшего заключается во введении в организм специальных медикаментов на фоне контроля его дыхательной и сердечно-сосудистой деятельности. Специалист считает, что бывают и более тяжелые случаи при стремительно развивающемся анафилактическом шоке. Каждый организм индивидуален: у кого-то осложнения связаны с особенностями работы иммунной системы, у кого-то — с различными биохимическими процессами.

Согласно статистике, случай анафилаксии приходится на одного из 3,5 тысячи пациентов, и треть из них происходит во время введения анестезии.

«Мы не делаем обрезание»: почему операция малыша в Петербурге закончилась клинической смертью

Что и кому грозит

В отношении уроженца Узбекистана СК возбудил уголовное дело по статье «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности», а также избрал меру пресечения. В ближайшее время ему будет предъявлено обвинение — расследование продолжается.

По словам юриста Елены Мороз, дело может собрать все виды ответственности — от гражданско-правовой до уголовной. Также она считает, что вводить обезболивающее имеет право только анестезиолог или врач в его присутствии.

«Причинен вред здоровью — экспертиза установит, насколько большой вред причинен в результате. Кто разрешил все это делать, каким образом? Здесь нужно устанавливать много обстоятельств», — пояснила эксперт.

По закону медицинское учреждение отвечает за своего сотрудника. Елена Мороз считает, что в лучшем случае со стажера суд может потребовать компенсацию за моральный вред, ущерб здоровью, возврат денег родителям пострадавшего малыша. Но перед законом отвечать будет и директор медцентра.

«При причинении тяжкого вреда здоровью вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей грозит срок до четырех лет, либо принудительные работы на срок до одного года с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью до трех лет, либо лишением свободы до года с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет», — заключила юрист.

Скорее всего, директор клиники стал отрицать причастность к произошедшему, думая, что таким образом снимет с себя часть ответственности перед законом. Однако это едва ли поможет, ведь он несет полную ответственность за все, что происходит под крышей его организации. А стажер попал в непростую ситуацию. Возможно, успешно проведенная операция помогла бы ему скорее устроиться в клинику, однако мужчине не хватило профессионализма и помощи со стороны руководства.

Ранее НЕВСКИЕ НОВОСТИ рассказывали, что клиника, где обрезание мальчика обернулось клинической смертью, имела дурную славу.

Материалы по теме: