ПОЛИТИКА | Владимир Шамахов: На государственной службе нужны люди, обладающие «геном гуманности»

04.04.2014 09:36 1016
С приходом весны в Петербурге стартовал третий открытый конкурс

Петербургский чиновник Владимир ШамаховС приходом весны в Петербурге стартовал третий открытый конкурс «Петербургский чиновник». (Ранее НЕВСКИЕ НОВОСТИ сообщали об этом.) Проект зарекомендовал себя еще в позапрошлом году: тогда конкурс проводился впервые, на него было выдвинуто 32 представителя федеральной, региональной и муниципальной власти. Год спустя появилась еще одна номинация – для государственных и муниципальных служащих Ленинградской области. Наш корреспондент пообщался с одним из главных организаторов конкурса – директором Северо-Западного института управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, доктором экономических наук, профессором Владимиром ШАМАХОВЫМ. По его мнению, главная цель проекта – определить, какими профессиональными и личностными качествами должен обладать современный госслужащий, и выявить, кто из петербургских чиновников, по мнению населения, является носителем этих высоких характеристик.

– Владимир Александрович, Вы долгие годы сами были на государственной службе, работали в федеральном правительстве, многое знаете об особенностях государственной службы в России. Расскажите, пожалуйста, как в нашей стране готовят госслужащих? Есть ли какие-то особенности этой подготовки?

– Процесс подготовки государственных служащих зависит от особенностей страны и общественного строя. В царской России чиновников готовили специальным образом. Первым учебным заведением вообще в Европе, которое готовило чиновников, был Царскосельский Императорский лицей. Он давал высшее образование и готовил к государственной карьере. В советское время в нашей стране считали, что девушек и юношей специально образовывать для государственной службы не нужно. Сначала они должны получить профессию, где-то поработать, а потом только приходить на государственную службу. Схожая практика существует в некоторых странах и сейчас.

Во Франции и США чиновников готовят на базе уже полученного образования. У них давно сформированная, устоявшаяся модель государственного управления, по которой они работают веками. К государственным вузам заранее выставляются требования, к ним привязываются стандарты, согласно которым происходит подготовка госслужащих на базе неспециализированного учебного заведения. Это можно сравнить с военными кафедрами в российских вузах. Но для такой системы подготовки будущих сотрудников государственных структур должны существовать четкие образовательные параметры, требования, стандарты. У нас этого пока нет.

Владимир Шамахов Петербургский чиновник– Но наверняка ведется работа в этом направлении?

– Такие стандарты, конечно, разрабатываются, и они будут. В Советском Союзе этого не делали, потому что вся система готовила людей к общественной деятельности. Октябрятские, пионерские, комсомольские, профсоюзные, партийные органы – все были на собраниях, все обсуждали решения съездов, конкурировали, выдвигали кого-то, все были вовлечены в процесс управления государством и обществом. Людей отдельно учить не надо было. Лидеров собирали на партийные, пропагандистские курсы.

В современной России, как в молодом государстве, нет всей той общественной жизни, которая была в Советском Союзе и нет стабильной модели управления. А чиновники нужны квалифицированные, компетентные. Поэтому их нужно учить. И в этих условиях чем раньше их начнешь учить, тем лучше будет результат.

– Как сейчас происходит процесс обучения госслужащих?

– Мы готовим чиновников более 20 лет, практически с образования новой России. Обучаем студентов, а параллельно и действующих чиновников. В этом наше главное преимущество перед другими вузами. С будущими чиновниками и действующими работают одни и те же преподаватели. Процесс подготовки ориентирован на практическую деятельность, он отвечает запросам времени.

Главная проблема сегодня в том, что не отстроена цепочка, которая должна состоять из трех звеньев. Это образовательные стандарты, профессиональные стандарты и управленческие компетенции. И во всех этих звеньях должны участвовать как образовательные учреждения, так и потенциальные заказчики. А сейчас происходит разрыв. Образовательные учреждения пытаются что-то делать, но ни бизнес, ни государство, ни конкретные отрасли экономики не могут сформулировать свой заказ на специалистов, не могут сказать, какие специалисты и в каком количестве им нужны. Ситуация должна измениться. Президентом Российской Федерации принято решение, в соответствии с которым российскому союзу промышленников и предпринимателей поручено организовать работу в этом направлении. Вот это даст желаемый результат.

Владимир Шамахов Петербургский чиновник

– Владимир Александрович, необходим ли будущим чиновникам творческий подход к делу или главное – освоить управленческие технологии?

– Существует заблуждение, что любой, кто работает в органах госвласти, является управленцем. Это далеко не так. Многие чиновники являются обычными исполнителями. Они не управляют, а просто работают в органах госвласти – что-то изучают, что-то обобщают, что-то готовят, выполняют какие-то поручения и так далее, отвечая, таким образом, за свою часть цепочки. Но они не управленцы.

Лидеры, управленцы, безусловно, есть, но их единицы. А все остальные – просто хорошие менеджеры, сознательные исполнители. Они тоже должны быть преданы народу и государству. У них должен быть, как я говорю, «ген гуманности», иначе им вообще не стоит идти на работу, связанную с людьми. А в органах госвласти степень ответственности еще больше, чем даже у уважаемого всеми библиотекаря, врача. Поэтому, если они не видят, что вся их деятельность направлена на службу народу, им там не место, будь они хоть самыми толковыми и выдающимися. Пусть они реализуют свои возможности в других сферах, в бизнесе, в науке, еще в каких-то областях, не связанных с сервисом. Ведь государственная служба – это и есть сервис. И во всем мире слово «служба» переводится как «service», то есть сервис. Государственная служба предполагает оказание сервисных услуг гражданам на деньги, которые они уже внесли за счет своих налогов.

– Наверное, именно об этой обязанности каждого уважающего себя чиновника – верой и правдой служить своему народу – и напоминает конкурс, который Вы организуете третий год подряд?

– Вот мы говорим: «служба народу», «сервис». И здесь снова происходит разрыв. Ведь карьерный рост чиновника обеспечен (не всегда, но часто) оценкой руководителя, а не заказчика. То есть не граждан, не народа, а вышестоящего лица. А это неправильно. Поэтому мы и проводим конкурс «Петербургский чиновник»: хотим, чтобы деятельность чиновников могли оценить прямые потребители госуслуг. И мы будем показывать дальше, что это именно та оценка, которая должна лежать в основе карьерного продвижения.

Государство не заинтересовано в этом. Я сам работал много лет в органах госвласти и знаю: не всегда удобно, когда тебя кто-то со стороны оценивает. Поэтому параметры оценки должны быть заданы. И это задача общества, а общество – это, прежде всего, партии и общественные объединения, научные, например. И это их задача – сформировать критерии для оценки деятельности госорганов и отдельных чиновников. Иначе, если все будут говорить, что у нас все плохо, у всех просто руки опустятся, и никуда мы не прорвемся, никакой модернизации не произойдет. Надо самим формировать условия, в которых мы хотим жить.

– Как Вы считаете, конкурс «Петербургский чиновник» все-таки привлекает общественность? Люди действительно вовлечены в оценку?

– Конечно. Более полумиллиона петербуржцев приняли участие в оценке тех чиновников, которых сами же выдвигали на конкурс. С каждым годом конкурс вызывает все больший интерес. Граждане понимают, что смешно просто жаловаться, нужно что-то делать самим. Тем более в эпоху, когда есть телефон и интернет.

Конкурс «Петербургский чиновник» – это возможность сказать спасибо людям, которые нормально исполняют свой долг. Благодаря конкурсу мы сформируем новую волну управленцев, работающих для людей.

– Понятно, что такие чиновники должны «взращиваться» в правильной среде. То есть Вы сказали, что начинаете воспитывать госслужащих сразу после школы?

– Даже раньше. У нас есть проект «Школа будущих президентов», мы работаем с девяти– и десятиклассниками, они у нас бывают. С ними встречаются студенты, преподаватели. Ребята занимаются, им нравится. Конечно, это не всем подходит. Но тех, у кого есть склонности, желательно выявить как можно раньше, и как можно раньше дать им возможность себя проявить. Мы считаем, что это оправданно. Так же, как лучшие командиры вырастают из суворовцев и нахимовцев. Мы должны возрождать традиции Царскосельского лицея. Делать лицеи для тех, кто хочет идти на государственную службу. Это нормально.

Владимир Шамахов Петербургский чиновник– Как Вы думаете, такое явление, как коррупция, исчезнет, если Вы заранее воспитаете соответствующих служащих?

– Во-первых, я хочу выразить свое отношение к термину «коррупция». Он занял неправильное место и вообще неверно используется. Коррупция – это организованный сговор представителей власти с бизнесом или еще с кем-то. Причем, сговор вертикальный, с самого низа до самого верха. Как говорят, победить коррупцию невозможно, и это действительно так. Но существуют простые вещи – такие, как злоупотребление служебным положением, взяточничество. Вот с ними как раз можно справиться. Надо просто правильно расставить акценты и распределить силы. А когда надо бороться одновременно со всем и непонятно с чем, тогда не получается.

У нас в институте мы исповедуем принцип: взяток не даем. Не то что не берем, а не даем! Мы и студентов, и родителей так воспитываем, что тот, кто дает взятку, не менее виновен, чем тот, кто берет.

– А если человека вынуждают?

– Ну, как его могут вынудить? Вынуждают – приходи и жалуйся. Есть каналы связи. Мы только спасибо скажем. И обязательно разберемся, обязательно накажем по справедливости, кто виноват. И это все знают. Надо не давать взятки! Если человек дает взятку, то он нарушитель. А у нас в модели общества заложено, что так все делают, что это нормально.

– Значит, сначала нужно само общество повернуть…

– Конечно. Мы у себя создали правильную атмосферу. Поэтому люди и идут к нам: они знают, что мы с этим боремся, что это не только лозунги.

Нам всем вместе нужно решить. Как с Крымом. Решили, и всем легче стало. Так давайте сделаем так, чтобы народ сам сказал: «Мы не хотим давать взяток! Нам это противно!». Тогда, если потребуют, и спрос будет другой.

– Владимир Александрович, Вы упомянули Крым. Расскажите, пожалуйста, у Вас планируется прием студентов оттуда?

– Пока нет понимания. В настоящее время вопрос решается на уровне правительства. Мы готовы принимать людей на общих основаниях, и даже на привилегированных основаниях, потому что им сейчас труднее, чем нам. Но есть свои сложности. У них ЕГЭ нет, например. Сначала должен быть порядок приема определен. Я же не могу своим решением изменить весь существующий порядок.

– Ответственность уже на Вас – там ведь нужны российские чиновники.

– Это немного другое. Вы спросили про школьников, а тут весь чиновничий аппарат. Мы проработали вариант с властями Феодосии, сейчас рассматриваем там открытие нашего учебного центра, чтобы преподаватели выезжали на место и там обучали людей основам нашего законодательства и администрированию. Я думаю, что весной мы уже сможем это развернуть.

Владимир Шамахов Петербургский чиновник

– Ваш вуз является лидером по популярности среди молодежи. Все рвутся сюда поступить. Понятно, что, во-первых, вы не берете взяток...

– Во-вторых, у нас очень интересная студенческая жизнь. У нас развиты и самоорганизация, и самоуправление. Самоорганизация – это курсы, объединения по интересам. У нас их много: «Таможенник», «Дипломат», «Полис»... Студентам интересно. А самоуправление – это уже объединение студентов, с которым мы активно взаимодействуем. Наделяем их полномочиями по решению нашей главной задачи – совершенствованию образовательного процесса. Мы отчасти переходим на так называемый проектный метод образования, когда вместо лекций и семинаров формируются команды, работающие над конкретной задачей, над проектами в социальной и управленческой сферах.

Многие из наших студентов на добровольной основе помогают обездоленным семьям, больным детям и так далее. Совершенно бескорыстно и бесплатно, будучи сами не очень богатыми людьми.

Кроме того, мы исповедуем подход преподавателей к студентам, как к партнерам. Именно такой стиль дает наилучший результат. Идет взаимообогащение. Потому что и взрослым, у современной молодежи есть чему поучиться. Это и взгляд на мир, и знание современных информационных возможностей. Многие студенты переходят к нам из других вузов. Просятся, но мы не можем взять всех. В общем, у нас в институте интересная и достаточно насыщенная жизнь.

– А в социальных вопросах у Вас лучше, чем в других вузах?

– У нас хорошее общежитие, мы каждый год выделяем на его благоустройство довольно существенную сумму. Более того, у нас раньше была гостиница для слушателей. Но мы отдали ее студентам. В прошлом году у нас был увеличенный прием, и мы пошли на то, что отказались от статьи дохода, отдали гостиницу под общежитие.

В области досуга тоже стараемся содействовать. Конечно, есть свои трудности. Например, у нас нет ни одного своего физкультурного зала, не говоря уже о бассейнах. Но мы сейчас над этим работаем. Недавно получили согласие нашего головного, московского, кампуса, будем строить корпус для занятий спортом.

Студентам, которые идут учиться на платное отделение и имеют высокие баллы ЕГЭ, мы делаем 15%-ю скидку на обучение.

– Расскажите, пожалуйста, как Вы готовитесь к приемной кампании?

– Готовимся весь год. Заниматься призывами весной уже поздно. Поэтому мы в течение всего года работаем со школами, причем не только с выпускниками, но и с десятиклассниками, девятиклассниками.

На самом деле, приемная кампания сродни выборной. Потому что нас выбирают. Но, в отличие от политической сферы, у нас она каждый год происходит. Мы избрали метод работы через наших студентов. Им больше верят. Обманывать они не умеют, да и смысла нет. Они говорят то, что есть на самом деле. Именно это люди и хотят знать! Поэтому наши студенты работают на Дне открытых дверей, ходят в школы, рассказывают, что им нравится, что не нравится в нашем институте. Их никто не заставляет, они делают это сами.

Более того, мы уже второй год практикуем одну модель... Смысл ее в том, что школьники на день становятся студентами. Они сидят на занятиях, ходят по общежитиям. Мы исповедуем открытость и осознанный выбор.

Кстати, 5 апреля в главном корпусе на Среднем пр. В.О., 57 пройдет День открытых дверей нашего института. Можно будет познакомиться со всеми направлениями обучения, с факультетами, посмотреть, как живут наши студенты. Я сам буду участвовать, буду рассказывать, отвечать на любые вопросы. Поскольку любая организация во многом зависит от того, каков лидер, руководитель. Но мы этого тоже не боимся. И приглашаем всех: пожалуйста, приходите!

У нас дни открытых дверей проходят каждый месяц на разных факультетах. И в 90% случаев дети приходят со взрослыми. То есть идут уже с настроем, готовясь принять решение. Это уже осознанный поступок. И на государственную работу люди тоже должны приходить осознанно. Одна из особенностей управленца – уметь принять решение за других, а это сложно. Это далеко не каждому дано. И это нужно понимать, а не исходить из того, что во власти сладко и хорошо. Там сладко и хорошо, если ты не отвечаешь за результат, если никто не спрашивает. А если спрос есть, то это не так уж и сладко. Работа интересная, творческая, но сложная.

Фото предоставлено пресс-службой Северо-Западного института управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ

Новости партнеров: